Аннотация. Изучение роли различных живых существ в религиозной жизни японцев и представителей народов Дальнего Востока – важный аспект на пути изучения системы верований выбранных народов. Погружение в тему так же поможет разобраться, сохранились ли какие-нибудь культурные связи между соседними народами. Важно понимать, что вера в духов и ее особенности может многое сказать о социальной стороне жизни людей, проживавших на выбранных нами территориях, выстроить причинно-следственные связи между особенностями взглядов на мир прошлых поколений и нынешними устоями. На примере конкретного животного можно будет проследить сходства и различия в социальной жизни народов, проанализировать их причины. В нашей работе таким животным будет медведь, которому некоторые возводили культ, а некоторые – ставили наравне с другими представителями животного мира.
Ключевые слова: айны, медвежий праздник, гольды, Иомантэ, синтоизм, анимизм, гиляки.
Ныне айны расселены на севере Японского архипелага, на о. Хоккайдо (до 1869 г. – Эдзо или Эдзогасима). В прошлом территория их проживания была гораздо шире и включала северо-восточные земли Хонсю, южную часть Сахалина (яп. Карафуто или Китаэдзоти), Курильские острова (яп. Тисима), часть Нижнего Приамурья и южную оконечность Камчатки. Непосредственное влияние на айнов оказывали на Сахалине нивхи и ороки, затем народы Нижнего Амура, японцы и русские, на Камчатке и северных островах Курильской гряды – ительмены и русские, на Южных Курилах, северо-востоке Хонсю, а также Хоккайдо – японцы [1].
Народы, соседствовавшие друг с другом, контактировали друг с другом на протяжении большого количества времени. Заимствовались обряды, предметы быта, культа, праздники. Однако часто заимствованное адаптировалось каждым народом под их особенности жизни.
Айны в нашей работе – «мостик» между Японией и Россией, поэтому начнем с краткого погружения в их историю.
В эпоху неолита, в VII тыс.до н.э. – I тыс.до н.э., когда начинается непосредственная этническая история протоайнов и других народов мира, в Японии формируются разные локальные группы культуры Дземон. Японские антропологи доказали, что это население по физическим особенностям было идентично современным айнам, т.е. дземонцы – непосредственные наиболее ранние предки айнов и айнского типа.
В IV тыс. – II тыс.до н. э. на территории Японских островов формируется культура Яёй. В результате на её основе постепенно формируется древнеяпонская народность, смешиваясь с аборигенным населением – айнами и другими. Древние японцы оказали значительное влияние на айнов, был и обратный процесс.
История взаимоотношений японцев и айнов не проста, в результате чего вторые с течением времени уходили все западнее, в сторону современных территорий России. Конечно, это повлияло на то, что культурный обмен происходил и с народами Дальнего Востока, Сибири.
Айны, находившиеся на стыке острова и континента, оказывали взаимное влияние как с населением японских островов, так и с орочами, гиляками, негидальцами и др. Однако влияние это было разным, так как на многие культурные аспекты влияют факторы социальной жизни, хозяйственного уклада и т.д.
Ярким примером этого является культ медведя. Медвежий праздник Иомантэ – основа культурной идентичности айнов и коммуникации с богами [7, c. 62]. Помимо медведей особое отношение у айнов было и к другим животным. Считалось, что камуи («боги») посылают людям пищу по своему желанию. Из-за этого кости животных не выбрасывались, а отправлялись в мир духов обратно, посылая подношения с целью задобрить камуи, от которых зависит, достаточно ли людям будет пищи и пушнины. Животных даже специально выращивали среди самих айнов для обрядов. Айны верили в «бессмертие всех духов и их перемещение между мирами». Однако именно медвежий праздник занимал особое место по масштабам и значимости в культуре. Этот праздник – идентификационный знак айнов, определявший их идентичность.
Медвежий праздник праздновался несколько дней, каждый из которых имел свое значение. Но перед самим торжеством шла долгая подготовка, которая заключалась в выращивании на протяжении трех лет медвежонка, пойманного в лесу.
В течение тех дней, что праздновался праздник, айны пили сакэ, подготавливали фигурки медведей, лаковые чашки (которые, кстати, закупались у японцев), приглашали гостей из других родов, танцевали, устраивали различные игры, подготавливали ритуально значимые предметы (наушники для медведя, лук, стрелы, палочки инау), оплакивали родственников. Действия после основной части так же четко регламентировались, все еще продолжался пир. Огромную роль в празднике играли палочки инау. Айны провожали медведя с большим уважением и по всем канонам, надеясь, что, достигнув мир камуи, животное расскажет им о достойном приёме, который устроили люди, передаст хозяину гор подарок. Если камуи будут довольны, пошлют айнам промысловую удачу [13].
Существует миф, согласно которому айны и медведи – родственники. Считается, что медведь – посредник между миром людей и богов горных и лесных. Это также доказывает невероятную значимость этого медведя для народа. Обосновывается это тем, что айны занимались собирательством и охотой, а не земледелием; а медведь – один из главных «кормильцев», которого стоит благодарить, уважать и бояться.
Большую роль медвежий праздник играет и в жизни гиляков (они же нивхи, расселены в устье Амура, побережье Амурского залива, северной части Сахалина). Заимствован он был от айнов и был самым важным из множества международных праздников гиляков, играл роль объединителя, настраивая социальные связи, которые так важны для народа, в котором род – основа социальной единицы. Силой, разумом, удивительными инстинктами животного, кроткостью по отношению к человеку и кажущимся социальным покровительством обосновывается отношение гиляков к медведю. На первый взгляд может показаться, что и праздник, и другие элементы культуры, связанные с этим животным, полностью заимствованы у айнов. Однако есть и отличия. Одно из них – значимая роль собак как в празднике, так и в целом в традициях этого народа. Считается, что собаки, участвующие в медвежьем празднике, в следующей жизни должны переродиться медведями.
Объясняется такое значение собак для гиляков их видом хозяйственной деятельности – собаководством [4], [5], [14], [16].
Гольды – народ, который ближе к Китаю, сильное влияние именно эта культура оказала на них, чего нельзя сказать об аинской культуре. Гольды с уважением относились к медведю, почитали его, однако тигр был более значимой фигурой. Информации о как таковом медвежьем празднике гольдов нам найти не удалось, однако некоторые традиции народа свидетельствуют о значимости этого животного в их культуре. Например, чтобы ребенок в будущем хорошо владел рукой, родители надевают на кисть его правой руки хрящ медведя, а для зоркости требуется проглотить зрачок медведя. За помощью к этому животному обращаются и в жизненно-важных вопросах. Так, если у гольда ранее погибало большое количество детей, для спасения новорожденного, он берет клыки медведя (или кабана, рыси) и призывает животное на помощь [9], [16].
Орочи, как и гольды, глубоко почитали тигра за его силу и уважение, которое народ испытывал к животному. Однако медвежий праздник в их традициях, в отличие от гольдов, все-таки присутствовал, и в нем прослеживается прямая связь с айнскими традициями. Штернберг предположил, что медвежий праздник заимствован у «айно-гиляков». И в фольклоре орочей медведь играет важную роль: существуют легенды, основной сюжет которых заключается в том, что женщина из рода (орочей) находилась в супружестве с медведем [6], [10], [16].
Негидальцы – народ, в легендах о происхождении которого упоминаются и гольды, и гиляки. Культура негидальцев – синтез культур гольдов, орочей, других малых народов и, конечно, самостоятельно развитой культуры самих негидальцев. В традиции этого народа, конечно, существует уже известный нам медвежий праздник, который был заимствован именно от гиляков, с особенностями, характерными для нивхов [9], [16].
Японцы, в отличие от коренных народов Сибири и Дальнего Востока, не переняли то отношение к медведю, которое было у айнов. Согласно синтоизму, «птицы и звери, поля и травы, и вся другая природа, всё, что редко и необычно, то, что обладает исключительными качествами и внушает трепет, называется ками» [8, с. 4]. Исторически японцам был характерен традиционный тип хозяйства, который включал земледелие и рыболовство, животноводство было развито сравнительно слабо из-за ограниченности сельскохозяйственных угодий. Следовательно, медвежий праздник айнов, который активно перенимался другими соседними народами, не мог получить того распространения у японцев, для них он был неактуален. А уже в новое время они считали такие традиции айнов очень жестокими, и в 1955 году японский губернатор Хоккайдо запретил айнам проведение Иёмантэ как «варварского» ритуала. Хотя в 2007 году закон был отменен, сегодня лишь небольшое количество айнов исповедует традиционную религию, проводят ритуалы, большинство следует буддизму [11].
Исторически у айнов и японцев почти всегда были конфликты: совершались взаимные набеги, происходили военные столкновения, делилась земля. Но это не означает, что культурного обмена не происходило. Например, самурайские единоборства японцев во многом основаны на боевых техниках айнов. А айны же в свою очередь много перенимали из японского декоративно-прикладного народного творчества: покупали кинжалы, лаковые чашки, которые были очень важны для айнов, имели религиозное значение [7].
Несмотря на значительные различия в хозяйственном укладе и историческом развитии, в анимистических представлениях рассмотренных народов можно выделить ряд общих черт, связанных с почитанием медведя.
Во-первых, для всех народов (кроме японцев) характерно восприятие медведя как существа, занимающего пограничное положение между миром людей и миром духов. У айнов медведь – посланник горных богов (камуй), у нивхов – «лесной человек», у многих, как видно из легенд, – персонаж мифов о браке с человеком.
Во-вторых, ярко прослеживается идея «отправления» души медведя в иной мир с почестями, от чего зависит промысловая удача. Это отражает веру в бессмертие души и идею реинкарнации.
В-третьих, ритуалы, связанные с медведем, выполняют важную социальную функцию – объединяют членов рода, укрепляют межродовые связи, транслируют культурные ценности от старших к младшим.
Однако мы наблюдаем и существенные различия в том, какое место занимает медведь в культуре каждого народа.
Так, например, гиляки модифицировали праздник, заимствованный у айнов, выделяя особую роль собак. Как было сказано выше, связано это с одним из основных занятием народа – собаководством.
Гольды же в целом большее значение придают тигру, на которого даже не охотятся. Кстати, связано это далеко не только со страхом, но со взаимным уважением, которое, как считают гольды, выражается со стороны тигра в почтительном отношении к человеку, а также с тем, что огромное влияния на этот народ оказывали китайцы.
У японцев же медведь – один из многих ками, повсеместно поклонения ему нет. Хозяйственный уклад этого народа сильно отличается от других рассматриваемых нами народов, чем и можно объяснить такое значение медведя.
Вера в духов – не случайно сложившаяся традиция, а отражение реальной жизни. Наличие тех или иных культов говорит об особенностях типа хозяйства, социального строя, взглядах на устройство жизни. Более широкий анализ верований рассматриваемых народов позволяет проследить, как именно хозяйственно-культурный тип определяет религиозные представления.
У всех рассмотренных народов – гиляков (нивхов), гольдов (нанайцев), орочей и негидальцев – основу верований составляет анимизм: представление о том, что весь мир – небо, земля, горы, вода, тайга – населен духами, влияющими на жизнь людей. Однако особенности у каждого народа свои, сложившиеся под влиянием образа жизни и исторических контактов.
В религии гиляков (нивхов) характерно сильное развитие родового культа, играющего большую роль в их социальной жизни. Родовые формы приняли и религиозные представления и обряды, связанные с охотничьим и рыболовческим культом. Шаманство у гиляков развито несравненно беднее, чем у других соседний народностей (например – гольды). Шаман у гиляков исключительно лекарь, гадатель, и в отправления родового культа участия не принимает. Служителями родового культа являются старшие в роде [10].
Гольды (самоназвание нанай – «люди») – крупнейший тунгусо-маньчжурский народ Дальнего Востока, расселенный по Амуру и Уссури. Основу их хозяйства составляли рыболовство, охота и собаководство, а социальная организация долгое время сохраняла черты родового строя с почитанием старейшин. Религиозные представления гольдов включали культ «хозяев природы», развитое шаманство, культ огня и небесных божеств Эндури. Будучи соседями китайцев, гольды испытали их сильное культурное влияние, но при этом сохранили самобытность своих верований, лишь формально приняв православие в XIX веке.
У орочей, населяющих побережье Татарского пролива, мы также встречаем веру в небесного хозяина Эндури, но с интересной особенностью: считается, что человек создал бога по своему подобию. Каждая область творения имеет своего хозяина, причем «рай» для орочей – это не небо, а сама земля. Характерная черта верований орочей – представление о том, что именно хозяин медведя дает людям огонь. Также развит культ касатки. Примечательно, что у орочей нет изображений богов – идолы и подобные атрибуты относятся исключительно к сфере религиозной медицины, а не культа как такового. Шаманство у орочей присутствует, но, как и у других народов региона, имеет свои особенности.
У негидальцев система верований синтезирует черты соседних народов – гольдов и гиляков, но имеет и собственные уникальные черты. Важную роль играют так называемые «алачники» – особые места жертвоприношений у лиственницы «тойо», где вырезали лицо верхнего бога и где, по представлениям, обитали все боги. Здесь регулярно молились, приносили бескровные жертвы духам-хозяевам. Как и другие народы, негидальцы почитали хозяев природы, но с характерной деталью: хозяин есть не у всех животных. Особое место занимали жертвоприношения солнцу и месяцу – дух-хозяин солнца мыслился мужчиной, а дух-хозяин луны – женщиной, которые могли спускаться на землю и общаться с людьми. Интересная деталь верований негидальцев: большие метеориты считались предвестниками болезней, что отражает восприятие небесных явлений как знаков, влияющих на жизнь людей.
Верования айнов, при всей схожести с континентальными народами (особенно в культе медведя), имеют свою глубокую философскую основу.
Мироздание айнов подразумевало горизонтальное и вертикальное членение мира, включающее в себя раскрытие взаимосвязи сфер неба, земли, гор, тайги и воды. Согласно мифологии айнов, мир – это океан, в центре которого находится множество островов и каждый управляется особым божеством. Горизонтальная проекция модели мира разделена на две зоны: верхнюю на северо-востоке (море и горы) – зону сверхъестественных сил – и нижнюю на юго-западе (суша и горы) – зону людей [7].
Медведь для айнов – один из важнейших камуев, но не единственный. Помимо медведей, особое отношение было к лисам, волкам, филинам, орлам, косаткам – в честь них тоже устраивались праздники, хотя и менее масштабные. Это показывает, что айнская религия представляет собой стройную систему, где каждое явление и существо имеет свое место и свою духовную сущность.
Японский синтоизм, при всей своей кажущейся отдаленности от архаичных верований народов Сибири и Дальнего Востока, в содержательном плане во многом является преемником тех же шаманских и анимистических культов. В нем можно обнаружить все присущие первобытным народам формы верований – тотемизм, анимизм, магию, культ мертвых. традиции раннего синтоизма были сосредоточены вокруг земледельческих праздников, семьи или рода и благоговения перед жизнью. Местные шаманы, выполнявшие функции служителей культа, говорили от имени ками (богов) и сражались со злыми духами. Вызывая ками, они использовали Кагура, традиционные для синтоизма, священные музыку и танец в исполнении молодых девушек (мико). Очень многое в традиционном японском искусстве, литературе и музыке восходит к этим шаманским ритуалам [2], [3].
Если говорить о малых коренных народах России (ранее – малые коренные народы СССР), то вера их сейчас не имеет почти никакого влияния на жизнь этих людей. Создаются выставки в музеях, пишутся статьи и книги, образовательные курсы, но уже скорее как способ изучить прошлое и попытаться хоть как-то сохранить настоящее. Еще в книге «Религиозные верования народов СССР» М.Г. Левина, написанной во второй четверти двадцатого века, сказано, что в связи с революционными событиями на начало XX века многие представители малых народов (гольды, гиляки, орочки, негидальца и т.д.) уже не верили в духов, шаманство не было так популярно, следование своим обрядам сходило на нет. В то время молодые люди продолжали верить в силы природы до тех пор, пока были живы их родители, бабушки и дедушки [3].
Айны в XIX веке переживали насильственную ассимиляцию, проводимую японцами. Вводился запрет на культуру, язык, традиционную одежду, ритуалы. Цель прекращения существования айнов как этноса была почти достигнута. Хотя в современном мире проводятся меры по возрождению традиций, айны признаны коренным населением Японии, проводятся фестивали и снимаются фильмы, цель которых – восстановить культуру удивительного народа, задающего ученым множество вопросов, очень небольшое количество людей считают себя айнами, многие обряды уже считаются не цивилизованными, и потому им не следуют, а айнский язык и вовсе считается вымирающим. «Лишь небольшая часть айнского населения Японии продолжает придерживаться традиционного образа жизни и сохраняет исконные верования. В основном, аспекты духовной культуры встречаются в туристической отрасли. Именно поэтому главным источником для изучения айнской культуры служат музейные коллекции. Тем не менее, просматриваются попытки возрождения традиционных айнских церемоний с целью передачи знаний о них будущим поколениям» [17, c. 511].
Японская традиция остается актуальной и посей день, популярность синтоизма, как показывают исследования, только растет. «Это связано с возросшим в обществе интересом к изучению японского языка и культуры…» [15, c. 97]. Последователей синтоизма в современной Японии более 80 млн человек, которые регулярно участвуют в обрядах, праздниках, пользуются оберегами. Более того, интерес к синтоизму невероятно велик и за пределами Японии: в зарубежных институтах существуют лекции, курсы, пишутся новые книги, элементы и отсылки содержаться в поп-культуре. Эти факторы «…играют важную роль в обеспечении качества межкультурного взаимодействия, в достижении консенсуса и установлении доброжелательных отношений и допустимого понимания между участниками взаимодействия, принадлежащими разным, дистанцированным друг от друга культурам» [12, с. 164]. Можно с уверенностью сказать: синтоизм очень популярен и его традиции остаются актуальными, подстраиваясь под современность.
Сопоставляя верования всех рассмотренных народов, можно выделить несколько факторов, определяющих их специфику.
Хозяйственный уклад оказывает решающее влияние. У народов, занимающихся охотой и рыболовством (айны, гиляки, орочи, негидальцы), центральное место занимают духи-хозяева промысловых животных и природы. У гольдов, испытавших более сильное влияние земледельческих культур, появляется сложная иерархия небесных божеств, а шаманство приобретает более развитые формы. У японцев, где земледелие стало основой хозяйства, ками приобретают более абстрактный характер, а связь с конкретными животными ослабевает – животные становятся лишь посланниками или одной из многих форм проявления ками.
Социальная организация также находит отражение в вере. У гиляков с их сильной родовой структурой родовые боги – это реальные предки, перешедшие в мир иных. У айнов, где род также играет важную роль, праздник Иёмантэ выполняет функцию объединения сородичей. У японцев с развитой государственностью формируется общегосударственный пантеон с верховной богиней Аматэрасу во главе, хотя локальные культы при этом сохраняются.
Географическое положение и контакты с соседями создают уникальные черты. Негидальцы синтезируют культуры гольдов и гиляков. Гольды заимствуют элементы китайской культуры и маньчжурские представления об Эндури. Айны, находясь на стыке континента и островов, сохраняют архаичные черты, но при этом активно взаимодействуют и с японцами, и с нивхами. Японцы, впитав буддизм, даосизм и конфуцианство, тем не менее сохраняют синто как национальную религию, вобравшую древнейшие анимистические представления.
Таким образом, вера в духов у каждого народа – не случайный набор суеверий, а стройная система, отражающая реальные условия жизни: чем кормится народ, как устроено его общество, с кем он соседствует и как взаимодействует. И медвежий праздник в этом контексте – лишь одно из ярких проявлений глубинных мировоззренческих установок, которые у каждого народа окрашены в свои неповторимые тона.
Список литературы:
- Айны. Большая российская энциклопедия (сайт). (дата обращения: 31.03.2026).
- Кларк Д. Синтоизм: исторические корни, синтоистский образ жизни, сопротивление синтоизма христианству // Религии мира. Краткий путеводитель / под ред. Дина Халверзона. СПб: Шандал, 2002. С. 181-213.
- Крючкова О. Предания и мифы Древней Японии. М.: «Э», 2015. 96 с.
- Кто такие нивхи (и о чем они поют) (сайт). (дата обращения: 31.03.2026).
- Народы России: нивхи (сайт). (дата обращения: 31.03.2026).
- Орочи. Арктическая мегаэнциклопедия (сайт). (дата обращения: 31.03.2026).
- Островский А.Б. Коды коммуникации с богами: мифология и ритуальная пластика айнов. СПб: Нестор-История, 2019. 160 с.
- Раевский А.Е. Корни Японии. От тануки до кабуки. М.: АСТ: Времена, 2025. 350 с.
- Религиозные верования народов СССР: сборник этнографических материалов: в 2 т. / Центральный совет Союза воинствующих безбожников СССР; сост.: М.Г. Левин [и др.]; под общ. ред. В.К. Никольского. Т. 2. Москва; Л.: Московский рабочий, 1931, 392 с.
- Самобытная Россия: Нивхи Культура.РФ (сайт). (дата обращения: 31.03.2026).
- Синтоизм: глава 5 (сайт). (дата обращения: 31.03.2026).
- Смирнова М.А. Обучение вежливости по-японски: направления исследования. Экономические и социально-гуманитарные исследования. 2025; Т. 12. №1.: С. 163-171.
- Тэмина М.Г. Медвежий праздник как исторический памятник нематериального культурного наследия нивхов: авторская монография / М.Г. Тэмина. Сахалинский областной центр народного творчества. Белгород: КОНСТАНТА, 2020. 108 с.
- Тэмина М.Г. Медвежий праздник нивхов. Вторая половина XIX в. – нач. XX вв.: диссертация ... кандидата исторических наук: 07.00.07 / Тэмина Марина Григорьевна. Владивосток, 2006. 216 с.
- Федянина В.А., Деркач А.В., Мизгулина М.Н. Проектирование языкового портфеля для изучающих японский язык (уровни А1 и А2) // Вестник МГПУ. Серия: Филология. Теория языка. Языковое образование, 2021. №4(44). С. 92-100.
- Штернберг Л.Я. Гиляки. Орочи. Гольды, негидальцы, айны. Хабаровск: Дальгиз, 1933. 740 с.
- ЯПОНИЯ: цивилизация, культура, язык / Е.М. Османов, А.В. Филиппов, А.И. Габитова [и др.]. СПб: Art-xpress, 2022. 693 с.
Animistic Beliefs in the System of Religious Views of the Indigenous Peoples of Japan and the Russian Far East
Mareeva A.M.,
bachelor of 1 course of the Moscow City University, Moscow
Research supervisor:
Smirnova Maria Alekseevna,
Teaching Assistant, Department of Japanese Language, Institute of Foreign Languages, Moscow City University
Abstract. The study of the role of various living beings in the religious life of the Japanese people and the indigenous peoples of the Russian Far East is an important aspect in understanding the belief systems of these peoples. Immersion into this topic will also help to determine whether any cultural ties have been preserved between neighboring peoples.
It is important to understand that belief in spirits and its specific features can reveal much about the social life of the people who inhabited the territories we have chosen, and help establish cause-and-effect relationships between the worldviews of past generations and current social foundations.
Using a specific animal as an example, it will be possible to trace similarities and differences in the social life of these peoples and analyze their causes. In our work, this animal is the bear, which some peoples elevated to a cult, while others placed it on equal footing with other representatives of the animal kingdom.
Keywords: Ainu, Bear Festival, Golds (Nanai), Iomante, Shinto, animism, Gilyaks (Nivkhs).
References:
- Big Russian Encyclopedia (website). (date of the address: 31.03.2026).
- Clark D. Shintoism: Historical Roots, the Shinto Way of Life, and Shinto Resistance to Christianity. In: Halverson, D. (ed.) Religions of the World: A Brief Guide. Saint Petersburg: Shandal, 2002.: 181–213.
- Kryuchkova O. Legends and Myths of Ancient Japan. Moscow: «E», 2015. 96 p.
- Who Are the Nivkhs (and What Do They Sing About)? (website). (date of the address: 31.03.2026).
- Peoples of Russia: Nivkhs (website). (date of the address: 31.03.2026).
- Arctic Mega Encyclopedia (website). (date of the address: 31.03.2026).
- Ostrovsky A.B. Codes of Communication with the Gods: Ainu Mythology and Ritual Plastic Arts. Saint Petersburg: Nestor-Istoriya, 2019. 160 p.
- Raevsky A.E. The Roots of Japan: From Tanuki to Kabuki. Moscow: AST: Vremena, 2025. 350 p.
- Religious Beliefs of the Peoples of the USSR: Collection of Ethnographic Materials: in 2 vols. Vol. 2. Compiled by M. G. Levin et al.; edited by V.K. Nikolsky. Moscow; Leningrad: Moskovsky Rabochy, 1931. 392 p.
- Original Russia: Nivkhs. Culture.RF (website). (date of the address: 31.03.2026).
- Shintoism: Chapter 5 (website). (date of the address: 31.03.2026).
- Smirnova M.A. Teaching Politeness in Japanese: Research Directions. Economic and Social-Humanitarian Studies, 2025, Vol. 12., №1.: 163-171.
- Temina M.G. The Bear Festival as a Historical Monument of the Intangible Cultural Heritage of the Nivkhs: Author’s Monograph. Belgorod: KONSTANTA, 2020. 108 p.
- Temina M.G. The Bear Festival of the Nivkhs in the Second Half of the 19th – Early 20th Centuries: PhD dissertation in History: 07.00.07 / Temina Marina Grigorievna. Vladivostok, 2006. 216 p.
- Fedyanina V.A., Derkach A.V., Mizgulina M.N. Designing a Language Portfolio for Learners of Japanese (Levels A1 and A2). MCU Journal of Philology. Theory of Linguistics. Linguistic Education, 2021. №4(44).: 92-100.
- Shternberg L.Ya. Gilyaks. Orochi. Goldi, Negidals, Ainu. Khabarovsk: Dalgiz, 1933. 740 p.
- Osmanov E.M. JAPAN: Civilization, Culture, Language / M. Osmanov, A.V. Filippov, A.I. Gabitova, et al. Saint Petersburg: Art-xpress, 2022. 693 p.