Научный руководитель: Алексеев Александр Валерьевич, доцент кафедры русского языка и методики преподавания филологических дисциплин института гуманитарных наук ГАОУ ВО МГПУ, кандидат филологических наук, доцент.
Код уникальной десятичной классификации: 81-114.4

Аннотация. Цель исследования – показать многообразие значений оценочных номинаций частей тела в истории русского языка. В статье освещаются вопросы исторического изменения семантики номинаций частей тела в процессе развития русского языка и литературы. В частности, рассмотрены конкретные значения слов глаз, живот, лоб.

Ключевые слова: глаз, лоб, живот, словарь, оценочная номинация, оценочные характеристики, многозначность слова.

Одним из самых удивительных свойств слова является его многозначность. Коснувшись ее, мы сразу попадаем в загадочный и таинственный мир языка. В данной статье рассматривается оценочная семантика древнерусских слов глаз, живот, лоб. Под оценочностью понимается заложенная в слове положительная или отрицательная характеристика человека, предмета или явления. Важнейший ее показатель – использование образности при создании переносного значения слова. Каждое из указанных слов изначально имело много значений, но впоследствии только одно из них стало доминантным. Указанные слова составляют тематическую группу, под которой следует понимать «объединение слов одной части речи, в значениях которых присутствует какой-либо совпадающий семантический признак» [3, с. 80].

Слова глаз не было в древнерусском языке, в то время употреблялось око. Слово глаз изначально обозначало ‘блестящий шарик, кругляш’. Современное же значение слова ‘орган зрения’ является вторичным, оно свойственно только русскому языку. Глаз получил свое новое название, потому что при оценочной номинации он кажется похожим на блестящий шарик, камешек. Ср. в словаре: «1) Глаз: И язъ отъ дву своихъ глазъ одно око – Кудаяра брата своего послалъ есми. Крым. д. II, 497. 1518 г.; 2) В суеверных представлениях – таинственная магическая сила зрения, взгляда, являющаяся источником зла: Как есми сходится заря с свѣтом, так бы сходилас кров<ь> с мѣдью и мѣдь с кров<ь>ю от всяких глаз у раба бжия. Заговоры Олон., 503. XVII в. [7, т. 4, с. 29]. Словарь И.И. Срезневского позволяет получить представление о происхождении слова глазъ: «Польск. głaz – круглякъ, голышь; глазъкъ – шарикъ: Егда будеть туча велика и находять дѣти наши глазкы стекляныи, и малыи и великы. провертаны, а другыя подлѣ Волховъ беруть, еже выполаскываеть вода. Ип. л. 6622 г. (1114) [5, т. 1, с. 518].

Становится ясно, что история слова глаз обусловлена формой глаза, сходством с блестящим шариком, галькой, камешком. Возможно, произошедший перенос значения связан с пониманием глаза как источника магической силы. Такое понимание слова глаз встречается в художественной литературе. Например, в романе И.А. Гончарова «Обломов»: «Мать задавала себе и няньке задачу: выходить здоровенького ребенка, беречь его от простуды, от глаза и других враждебных обстоятельств». Анализируя употребления слова глаз, мы можем прийти к выводу, что среди всех коннотаций, связанных со словом, закрепились те, которые помогали передать мысль или оценочную характеристику по отношению к человеку, явлению, признаку. Оценочная номинация обусловила появления переносного значения в слове.

Далее рассмотрим слово живот. Исходным его значением было ‘жизнь’, позже оно начало обозначать ‘имущество’, ‘животное’, только после этого приобрело значение ‘живот’. В исторических словарях указано множество значений. В древнерусском словаре: «1. Жизнь, существование: лоуче ѥсть съмьрть паче живота горъка. Изб. 1076. 165 об.; период жизни, век: Сь въпросимъ, что мнишь старость быти; и ѡ(т)вѣща, зима животоу. Пч к. XIV, 138 об.; <…> образн. О Христе: свѣтъ б мои и надежа и животъ, сн҃ъ и Б҃ъ, на древѣ ѹгасе. КТур XII сп. XIV, 26» [6, т. 3, с. 257]. Значение ‘существование’ было основным в древнерусском языке, в нем слово животъ указывало на «плотский, телесный аспект жизни» [4, с. 31]. Ср. еще словарные примеры: «2. Животное: аще же кто отъселѣ кръвь живота ясти начьнеть. яцѣмь же кымь образъмь. аще клирикъ боудеть. да отъвьрженъ боудеть. КЕ XII, 62a; 3. Имущество, нажитое: а цо было живота твоѥго и моеѥго то все взѧли а самого смертью казнили ГрБ № 135, XIV/XV» [6, т. 3, с. 258]. В старорусском языке появились поздние значения, в том числе современное: «Домашний скот (в знач. собир., обычно ед. ч.): Хлеба нѣ сеялъ и сена нѣ косилъ, да въ томъ, господине, у меня и животъ измерлъ лошадь и скотина. Арх. Стр. I, 208. 1532 г.; <...> Живот: На архиепископе был сак, о животе зделан узок. Посольство Мышецкого, 136, 1643 г. [7, т. 5, с. 104].

Хотя современное значение слова животъ появилось уже в старорусский период, в художественной литературе XIX в. можно встретить примеры архаичных значений. Например, значение живот ‘жизнь’ использует И. Крылов в басне «Волк и кот»: «Волк из лесу в деревню забежал. Не в гости, но живот спасая; За шкуру он свою дрожал». Словосочетание «живот спасая» означает стремление волка сохранить свою жизнь. Значение живот ‘животное’ встречается в произведении М.Е. Салтыкова-Щедрина «Благонамеренные речи»: «Сбруйка у него аккуратненькая, животы не мученые, тарантасец покойный – едет да посвистывает». Под выражением «животы не мученые» автор подразумевает здоровье и состояние коней главного героя. Такое же употребление можно видеть в произведении И.С. Тургенева «Конец Чертопханова»: «Одного живота, по навету злых людей, лишились – и приобрели себе другого, нисколько не худшего». Также можно встретить в литературе значение живот ‘имущество, нажитое людьми в течении жизни’. Н.А. Некрасов в поэме «Кому на Руси жить хорошо» использует восклицание «Прощайся с животишками!», которое несет в себе смысл расставания со всем нажитым имуществом.

Однако основным значением слова живот, которое используется в современном языке, является ‘часть тела у человека и животных’. Характерно, что в художественной литературе можно встретить достаточно примеров, в которых живот в этом значении указывает на особо крупную, выпяченную часть тела. Такое употребление можно встретить в произведении М. Горького «Зазубрина»: «Надзиратель, прижавшись спиной к стене, выпятил свой толстый живот». Ср. также произведение Б.А. Лавренева «Сорок первый»: «Животы вздувались от жирного плова, и многим становилось дурно». Таким образом, в русской литературе живот ‘часть тела’ используется для особо яркой характеристики человека, что позволяет судить об использовании исследуемого слова как оценочной номинации.

Еще одно название части тела, которое меняло свои значения в истории русского языка, – лоб. В «Словаре русского языка XI–XVII веков» указано 6 значений: «1) Верхняя часть головы (голова, череп): Удари в въ лобъ дрѣвомъ. Панд. Ант. (Амф.), 61, 11 в.; 2) Лоб: Помазуемъ виски и лобъ. Травник Любч., 427, 17 в.; 3) Головная часть кож (мн.ч.), используемая для набоек, поднарядов и т. п.: Привез из Ярославля на 3-х лошадех товару: сапогов 38 обувей… 150 лбов кож белых. Там. кн. I, 158. 1636 г.; 4) Головные части в пушном товаре (мн.ч.): Мастеру Данилу Алексѣеву за продажу собольихъ лбовъ и лапъ. Арх. бум. Петра, I, 284. 1690 г.; 5) Церковный свод, купол: Бысть буря велиа вѣтреняя… и въ церкви (у) святѣи богородици… чепь поникадилную, что во лбѣ, всю порвало. Новг. I лет., 408. 1419 г.; 6) Мыс, крутой берег: По рѣчки по Мещерки да лбов. Отказн. кн. Южновеликорс., 77. 1634 г. [7, т. 8, с. 262]. Приведенные примеры показывают, что слово лоб было оценочной номинацией в истории русского языка: оно обозначало разнообразные, выделяющиеся объекты. Особая выразительность этой части тела подчеркивается и в русской художественной литературе, например, в произведении И.С.Тургенева «Хорь и Калиныч»: «Склад его лица напоминал Сократа: такой же высокий, шишковатый лоб».

Таким образом, в истории русского языка названия частей тела использовались в переносных значениях для оценочной характеристики конкретных явлений, предметов, признаков человека. Оценочность формировалась у рассмотренных слов разными способами. Для слова глаз это метафорический перенос ‘шарик’ – ‘орган зрения’. Для слова живот использовался другой способ, не метафорический. Выделение в данном случае мотивирующего признака ‘основа жизни’ «ведёт к ошибочному обнаружению метафоры на месте метонимии» [2, с. 21]. Правильно говорить здесь о метонимическом переносе ‘источник приплода (беременность)’ – ‘выпяченная часть тела’.

Таким образом, в процессе исследования были получены результаты, позволившие увидеть, как слова глаз, живот и лоб со временем поменяли свое значение. Язык изменчив и подвижен, и мы можем убедиться в этом на примере данных слов, которые сегодня имеют иной смысл, более привычный для нас. Проведенный анализ показывает, что от древнерусской многозначности, когда слова обозначали множество объектов, соотнесенных символически, названия частей тела перешли к сужению полисемии: в этом отразилась смена «символической парадигмы мышления понятийной, проявляющейся в формах языка, в частности в лексических значениях» [1, с. 31].

Estimated nominations of body parts in the history of the Russian language (eye, stomach, forehead)

Shpakovich V. A.,
bacheleor of 5 course of the Moscow City University, Moscow

Research supervisor:
Alekseev Alexander Valeryevich,
Associate Professor of the Department of the Russian Language and Methods of Teaching Philological Disciplines of the Institute of Humanities of the Moscow City University, Candidate of Philological Sciences, Associate Professor.

Аnnotation. Purpose of the study: to show the diversity of the meanings of evaluative nominations of body parts in the history of the Russian language. This article highlights the issues of historical change in the evaluative semantics of nominations of body parts over the development of the Russian language and literature. In a particular way, the specific meanings of the words «eye», «stomach», «forehead» are considered.
Keywords: eye, stomach, forehead, vocabulary, evaluative nomination, evaluative characteristics, ambiguity of the word.