Научный руководитель: Лоскутникова Мария Борисовна, доцент кафедры русской литературы института гуманитарных наук ГАОУ ВО МГПУ, кандидат филологических наук, доцент
Код уникальной десятичной классификации: 821.161.1.09"18/19"

Аннотация. Повесть А.С. Пушкина была последним по времени создания произведением в цикле «Повести Белкина». Осваивая принципиально новые для себя приемы прозаического письма, Пушкин строго следовал требованиям гармонического целого, опираясь на действие закона «золотого сечения». В статье представлены доказательства в достижении Пушкиным этой авторской задачи, осуществленные как традиционно филологическим, так и математическим способом.Ключевые слова: художественное целое, композиция, закон «золотого сечения», структура.

Ключевые слова: художественное целое, композиция, закон «золотого сечения», структура.

Цель данного исследования состоит в том, чтобы определить, как в работе по композиционной организации повести «Метель» Пушкин опирается на гармонизирующий художественное целое закон «золотого сечения». Если в музыке как временно́м виде искусства гармонизация целого вследствие закона «золотого сечения» была рассмотрена А.Ф. Лосевым [4, с. 65-68], то рассмотрение подобной художественной практики в литературе как втором временно́м виде искусства остается минимально исследованной областью.

Изучением поэтики Пушкина занимались многие ученые: В.В. Виноградов, Д.Д. Благой, Ю.М. Лотман и другие. На рубеже XX-XXI вв. интерес к вопросам композиции и архитектоники в прозе Пушкина вспыхнул с новой силой. М.А. Абрамов и А.В. Волошинов исследовали 792 стихотворения поэта с позиции гармонизации целого и пришли к выводу, что практически каждое второе стихотворение имеет паттерн «золотого сечения» (49% от общего числа) [1]. Н. Васютинский изучил стихотворения Пушкина с позиции числа строк и заметил, что поэт предпочитал построения в 5, 8, 13, 21 и 34 строки (стиха), что в свою очередь соответствуют числам из последовательности Фибоначчи [2, с. 192]. Следование Пушкина закону «золотого сечения» в прозе изучено меньше. Причиной может быть сложность вычисления пропорции в прозаическом тексте, что связано с возможным – по воле автора – стяжением хронотопа.

Обратимся к композиционной организации повести «Метель» как к «причинно-следственному соединению этапов развития сюжета» и «их авторской согласованности» с помощью форм и средств структуры [3, с. 32]. В расстановке персонажей Пушкин выделил два проблемных «узла»: любовную «историю» Марьи Гавриловны и Владимира Николаевича, а после Отечественной войны 1812 года и гибели Владимира Николаевича в результате ранения на Бородинском поле – «историю» Марьи Гавриловны и гусарского полковника Бурмина. Каждую из этих частей Пушкин также поделил на составные элементы композиции. Эти элементы во многом близки структурно: «Второй эпизод «Метели» <...> дублирует первый: описание среды, появление героя (в деревню в отпуск), романтическая коллизия, герой в метели (воспоминание), неожиданный финал» [5, с. 61]. В результате каждый проблемный «узел» развивается достаточно самостоятельно, но при этом сюжетное выстраивание событий в указанных «историях» схоже: они содержат внутри себя экспозицию, завязку и развитие сюжетного действия, а также кульминацию. Развязка же значима только для «истории» Марьи Гавриловны и Владимира Николаевича.

В экспозиции и затем в завязке действия в первой части автор устами повествователя описывает жизнь Марьи Гавриловны и ее отношения с Владимиром Николаевичем. Дан портрет героини, позволяющий указать на особенности ее характера: Марья Гавриловна «стройная, бледная и семнадцатилетняя девица», она «была воспитана на французских романах и, следственно, была влюблена» [6, с. 70]. Также читателю дана суть конфликта: молодые люди, не встретив поддержки со стороны родителей Марьи Гавриловны, собираются венчаться тайно. Экспозиция и завязка действия в первой части произведения (далее – ЭЗД-1) заканчивается на словах о месте встречи в церкви: «где уж Владимир должен был их ожидать» [6, с. 71].

В дальнейшем развитии действия автор воссоздает последний день Марьи Гавриловны перед побегом. Днем она занята сборами, а в начале ночи ей снится страшный сон, предвещающий беду. Затем автор переключает внимание на возлюбленного Марьи Гавриловны. Владимир Николаевич собирается в путь, делает последние приготовления перед венчанием. Развитие действия (далее – РД-1) идет к кульминации: «Дорога была ему знакома, а езды всего двадцать минут» [6, с. 73].

Напряженность действия в 1-й «истории» достигает кульминации (далее – К-1) к моменту, когда Владимир Николаевич выезжает из дома и попадает в бурю. Кульминационной точкой, т.е. точкой наивысшего напряжения в конфликтосфере этой части, следует считать тот конкретный момент, когда Владимир Николаевич окончательно понимает, что сбился с пути: «Отчаяние овладело им», «Владимир схватил себя за волосы и остался недвижим, как человек, приговоренный к смерти» [6, с. 74]. После того как герой, как ему кажется, с рассветом выбрался на дорогу, он «не говорил уже ни слова» [6, с. 74].

Развязка первой «истории» начинается со слов: «Но возвратимся к добрым ненарадовским помещикам и посмотрим, что-то у них делается. А ничего» [6, с. 75]. Автор устами повествователя рассказывает уже о последующих событиях. Надо отметить, что данные элементы являются промежуточными, а не основными для всего сюжета повести.

Вторая часть начинается со слов «Между тем война со славою была кончена» [6, с. 76]. Речь идет о знаковом для российского общества событии – о борьбе с наполеоновским нашествием, ставшим толчком к формированию русского национального самосознания. Поэтому начинается вторая часть произведения также с экспозиции. Автор дает характеристику послевоенного времени – восторженную встречу русских воинов, возвратившихся с полей сражений, освободивших Отечество и Европу от Наполеона как узурпатора и оккупанта. Представлены уже новые особенности характера Марьи Гавриловны, изменившегося после войны (Марья Гавриловна живет памятью о погибшем женихе), и характер Бурмина, стремительно возмужавшего на войне. Пушкин указывает на несомненную симпатию Марьи Гавриловны к гусарскому полковнику, но и на их внутренний конфликт: герои не могут соединиться, поскольку оба связаны узами брака. Экспозиция и завязка действия во второй части (далее ЭЗД-2) заканчивается на словах: «а добрая Прасковья Петровна радовалась, что дочь ее наконец нашла себе достойного жениха» [6, с. 78].

Последней встречей с Марьей Гавриловной, как думает Бурмин, станет его объяснение с нею (далее – РД-2). Вслед за тем, как Марья Гавриловна «закрыла книгу и потупила глаза» [6, с. 79]. Следует объяснение – рассказ Бурмина, который является кульминацией второй части повести (далее – К-2). Драматической вершиной кульминации становится заявление героя: «Я женат!» [6, с. 79]. Однако происходит взаимное объяснение и глубоко драматическое, но счастливое узнавание героями друг друга.

Итак, повесть «Метель» состоит из двух частей. Композиция строго организована и соответствует текстовой организации по закону «золотого сечения». «Золотое сечение» – соотношение двух величин, равное соотношению их суммы к большей из данных величин. Приблизительная величина «золотого сечения» равна 1,6180339887. В процентном округлённом значении это деление величины на 62 % и 38 % соответственно.
Графически можно представить это следующим образом (см. рисунок 1): бо́льшая часть АС так относится к меньшей части СВ, как целое АВ относится к большей части АС: АС/СВ=АВ/АС.

Графическое изображение Золотого сечения.

Рис. 1. Графическое изображение «Золотого сечения».

Для наглядности приведем данные по количеству слов в произведении (подсчитано с помощью программы Microsoft Word, таблица 1):

Таблица 1. Количество слов в повести «Метель»

Сюжетно-композиционный этап Число слов
Часть первая Часть вторая
Экспозиция и завязка действия 337 559
Развитие действия 586 120
Кульминация действия 584 607
Развязка действия 576
Всего 2083 1286

Найдем точку С1 в первой части повести (на рис. 2 данная часть выделена синим цветом) – согласно закону «золотого сечения». ЭЗД-1 и РД-1 должны составлять 62 %, а К-1 и развязка действия первой части – 38 %. Соответственно: 2083:100×62=1291,46 (расчеты приблизительны). Это значит, что точка С1 в первой части находится около 1291 слова от начала произведения. Это строки: «Он увидел невдалеке деревушку, состоящую из четырех или пяти дворов» [6, с. 74]. Иными словами, точка С1 совпадает с кульминацией первой части: Владимир Николаевич блуждает во время метели по окрестностям, будучи не в состоянии найти церковь. В результате, первая часть повести полностью соответствует закону «золотого сечения».

Рассмотрим вторую часть (на рис. 2 данная часть выделена оранжевым цветом), ЭЗД-1 и РД-2 должны составлять 62 %, К-2 же 38 %, т.е. 1286:100×62=797,32. Значит, точка С2 во второй части должна находиться около 797 слова. Это слова: «…что вы бы согласились сделать мое счастие, если бы… молчите, ради бога, молчите. Вы терзаете меня. Да, я знаю, я чувствую, что вы были бы моею, но – я несчастнейшее создание… я женат!» [6, с. 79]. Точка С2 совпадает с кульминацией второй части: это объяснение Бурмина в любви к Марье Гавриловне, что тоже соответствует закону «золотого сечения».

Теперь рассмотрим повесть в целом (на рис. 2 обозначена красным цветом). В произведении 3369 слов. Рассчитаем точку С: 3369:100×62=2088,78. Точка С соответствует строкам: «Между тем война со славою была кончена. Полки наши возвращались из-за границы» [6, с. 76]. Иными словами, Пушкин вписывает личные «истории» своих героев в судьбоносные события России, поскольку не только личные переживания, но сопряженность собственной жизни с жизнью России позволила ясно увидеть главное в собственном будущем. Эти слова, таким образом, – начало нового, и уже зрелого, пути героев. Это начало второй части произведения, а значит, и строение повести в целом подчиняется закону «золотого сечения».

Подробнее это можно увидеть на рисунке 2:

Золотое сечение в сюжетном построении повести Метель.

Рис. 2. «Золотое сечение в сюжетном построении повести «Метель».

Таким образом, можно сделать вывод, что гармонизация в сюжетном построении повести «Метель» связана с действием закона «золотого сечения». Необходимо отметить, что и «внутренние» части произведения, на которые делится повесть, тоже подчиняются закону «Божественной пропорции». Осознанное чувство гармонии, присущее Пушкину, позволило писателю создать повесть, художественная целостность которой обладает безусловно-завершенной и совершенной структурой. Данный факт можно считать объективным, т.к. он подтверждается даже математическими расчетами.

Этот пушкинский опыт по сути математически точно выверенного текста восприняли русские писатели, работающие в сферах малой и средней эпической формы. Подтверждением этому служат рассказы и повести А.П. Чехова – как раннего (в целом юмористического), так и позднего (глубоко драматического) периодов творчества писателя.

В дальнейшем пушкинская практика скрупулезной точности и лаконизма стала образцом для авторов-рассказчиков, создающих свои произведения в самых разных «тональностях» – от драматизма, свойственного новеллистике И.А. Бунина, до сатиры, характеризующей творчество М.М. Зощенко.

Harmonization of art unity in A.S. Pushkin’s story «Blizzard»

Aksenova A.S.
master of 3 course of the Moscow City University, Moscow

Research supervisor:
Loskutnikova Maria Borisovna,
Docent of the Department of the Russian Literature of the Institute of Humanities of the Moscow City University, Candidate of Philological Sciences, Docent

Annotation. A.S. Pushkin`s story «Blizzard» was the last one written in the series of works called «Belkin Stories». Mastering fundamentally new for him techniques of prosaic writing, Pushkin strictly followed the harmonic unity requirements, relying on the «golden section» rule. The article presents proofs of Pushkin’s accomplishing of this author's goal, carried out both philological and mathematical ways.
Keywords: art unity, composition, «golden section», structure.