Научный руководитель: Кузьмина Ольга Владимировна, старший преподаватель кафедры русского языка и методики преподавания филологических дисциплин института гуманитарных наук ГАОУ ВО МГПУ
Код уникальной десятичной классификации: 81-112

Аннотация. В статье рассмотрен текст Евангелия от Матфея с целью привлечения внимания к проблеме функционирования конструкции «дательный самостоятельный» в частности и к изучению синтаксиса славянских текстов – в целом. Приведены примеры, доказывающие, что дательный самостоятельный – это не просто калька genetivus absolutus.

Вопрос о функционировании конструкции «дательный самостоятельный» встает в связи с общей проблемой влияния греческого языка на первые славянские переводы и формирующийся литературный язык славян. При этом интерес к синтаксису связан с тем, что, например, область лексических заимствований изучена и описана в научной литературе очень широко, а изучение влияния в синтаксисе ограничено отдельными работами [6; 7].

Синтаксический оборот «дательный самостоятельный» по структурному составу представляет собой сочетание имени (либо существительного, либо местоимения) в форме дательного падежа и причастия, согласующегося с этим именем в роде, числе и падеже.

Эта конструкция входит в состав простого предложения, осложняя его. Но по значению соотносится с самостоятельным предложением, с логическим подлежащим (имя в дательном падеже) и логическим сказуемым (причастие в дательном падеже), которые, как правило, не совпадают с фактическими подлежащим и сказуемым. Конструкция «дательный самостоятельный» обычно указывает на время, условие, причину, следствие, на фоне или в результате которых происходит главное действие. Связь между этими двумя логическими предложениями – подчинительная, т. е. оборот «дательный самостоятельный» чаще всего осмысляется и переводится на русский язык как придаточное предложение с обстоятельственным значением [5, с. 431–432].

В литературе, посвященной славянским переводам, долгое время высказывалось мнение, что конструкция «дательный самостоятельный» – это «с рабскою точностью <…> замена греческого родительного самостоятельного» [1, с. 1].

Оборот genetivus absolutus – это особая синтаксическая конструкция греческого языка, состоящая из имени в родительном падеже в функции субъекта действия и согласованного с ним причастия в функции предиката. Этот оборот по значению также (как и дательный самостоятельный) является сложным обстоятельством (времени, причины, условия). Причастие этого оборота имеет относительно-временное значение: причастие настоящего времени (или реже перфекта) указывает на действие, одновременное с действием глагола в личной форме, а причастие аориста – на предшествующее. Имя-субъект этого оборота, как правило, не может быть ни подлежащим, ни дополнением при глаголе в личной форме (сказуемом). Genetivus absolutus связан с остальным предложением подчинительной связью – примыканием [4, c. 109].

Текст Евангелия в ранних переводах, наверное, самый изученный с точки зрения влияния греческого на славянские переводы. Именно поэтому интересно рассмотреть зависимость появления дательного самостоятельного на месте греческого genetivus absolutus.

В рассмотренном нами церковнославянском тексте Евангелия от Матфея множество таких примеров.

Во всех рассмотренных нами выше примерах конструкция «дательный самостоятельный» имеет временно́е значение и выступает в параллельных синтаксических конструкциях. Синтаксический параллелизм является особенностью евангельского текста. Такие примеры обычно считают кальками греческого genetivus absolutus, поскольку греческий самостоятельный оборот регулярно переводится славянским оборотом. Но, как оказалось, не всегда дательный самостоятельный появляется на месте genetivus absolutus. Подтверждение тому – следующие примеры из того же текста, где конструкция дательный самостоятельный появляется на месте греческой конструкции с дательным падежом.

Таким образом, дательный самостоятельный появляется не только для передачи греческого genetivus absolutus, но и в качестве перевода конструкции с dativus. В греческом genitivus absolutus и dativus cum participium являются синонимичными конструкциями, близкими по значению и в большинстве случаев взаимозаменяемыми. В таком случае у первых славянских переводчиков богослужебных текстов была возможность выбирать конструкцию, наиболее близкую конструкциям родного языка. Поэтому дательный самостоятельный оказался продуктивен и очень распространен в древнерусских текстах. Калькой можно было бы считать только появление родительного на месте genetivus. А в переводе дательным самостоятельным можно увидеть «поддерживающее влияние» греческого [3, с. 75; 6, с. 245]. Мысль о подобном влиянии греческого на формирующийся литературный язык славян все чаще высказывается в исследованиях, посвященных первым славянским переводам.

«Dative absolute» construction in the slavic translation of the Gospel from Matthew


Brykina D.A. bachelor of 3 course of the Moscow City University, Moscow

Research supervisor: Kuzmina Olga Vladimiriovna, Senior Lecturer of the Department of Russian Language and Methods of Teaching of Philological Disciplines of the Institute of Humanities of the Moscow City University.

Abstract. The text of the Evangel of St. Matthew is considered in the article in order to draw attention to the study of the syntax of the Slavic texts in general and to the issue of «dative absolute» construction functioning in particular. The examples given prove that dative absolute is not the calque of genetivus absolutus.
Keywords: dative absolute, translations from Greek, Slavonic translation, Gospel from Matthew.