Научный руководитель: Геймбух Елена Юрьевна, профессор кафедры русского языка и методики преподавания филологических дисциплин Института гуманитарных наук ГАОУ ВО МГПУ, доктор филологических наук, профессор
Код уникальной десятичной классификации: 82-1/-9

Аннотация. В статье рассматриваются грамматические категории времени, выступающие в качестве изобразительно-выразительных средств в жанре лирической прозаической миниатюры на примере стихотворения в прозе «Хорошо, говорю» В. Полозковой.

Ключевые слова: лирическая прозаическая миниатюра, категория времени глагола, прямое и переносное употребление форм времени.

Рассмотрим характер изображения времени в жанре лирической прозаической миниатюры на примере стихотворения современного поэта Веры Николаевны Полозковой «Хорошо, говорю...». Проанализируем способ отражения времени в произведении и то, каким образом темпоральная организация создает глубину изображения в лирической прозаической миниатюре. Особое внимание уделим глаголам, функция которых заключается не только в том, чтобы называть конкретное совершающееся или совершившееся действие, но и изображать картину мира в ее подвижности и в состоянии постоянных изменений. Это достигается, в первую очередь, путем противопоставления и сопоставления форм времени.

Как известно, в современном русском языке выделяют три времени: настоящее, прошедшее и будущее. Однако каждая из этих морфологических форм включает в себя огромный спектр оттенков значений. Употребление форм времени в речи обуславливается существованием некой «нулевой» точки отсчета – момента речи, отталкиваясь от которой коммуникант строит речевой акт, забегая вперед и употребляя формы будущего времени или оглядываясь назад и используя формы прошедшего времени. В работе преимущественно рассматриваются примеры употребления форм настоящего времени.

Если говорить о художественном произведении, то любое действие, упомянутое в тексте, также осуществляется по отношению к какой-либо точке отсчета, а значения форм настоящего, прошедшего и будущего времени противопоставляются друг другу на основании этой точки отсчета. Рассматриваемый жанр, лирическая прозаическая миниатюра, относится к роду лирики, а значит, точкой отсчета всех других времен будет настоящее лирического героя.

Прямое употребление форм настоящего времени имеет несколько разновидностей.

Во-первых, настоящее актуальное. Это конкретное настоящее время момента речи, при котором момент действия совпадает с моментом речевого акта. Средства создания контекста в этом случае могут подчеркивать одновременность момента действия и момента речи.

Настоящее актуальное время в лирической прозаической миниатюре В. Полозковой «Хорошо, говорю…» – момент речи лирической героини – является основной точкой отсчета: «Хорошо, говорю. Хорошо, говорю Ему…» (здесь и далее текст цитируется по: [1]). В этих словах она обращается к Богу, начиная монолог-размышление.

Действие «говорю» соотнесено с моментом речи лирической героини. Несмотря на то, что в стихотворении использовано 38 глаголов в форме настоящего времени, настоящее актуальное время используется всего два раза, однако в сильных позициях текста: в начале и конце стихотворения. Так, завершается миниатюра фразой: «Ты же ведь стоишь еще у двери и пока не вышел из боулинг-клуба». Действие, выраженное глаголом «стоишь», происходит здесь и сейчас, в момент речи. У читателя создается ощущение присутствия при описанном диалоге. Однако у этого глагола есть и дополнительные коннотации: монолог длится, пока длится жизнь, т. е. пока Бог не вышел из боулинг-клуба. В этом случае настоящее актуальное накладывается на гномическое, постоянное, связанное с существованием Бога. Об этом времени будет сказано ниже.

Другой вид употребления форм настоящего времени – настоящее неактуальное время, называющее действие, не совпадающее с моментом речи, однако выраженное формой настоящего времени глагола. Существует несколько разновидностей употребления настоящего неактуального времени.

Настоящее постоянное время или настоящее вневременное, гномическое, называющее действие, продолжающееся всегда или неопределенный и очень длительный период: существовавшее в прошлом, то, которое продолжит существовать и в будущем.

В лирической прозаической миниатюре «Хорошо, говорю» настоящее постоянное время встречается чаще, чем настоящее актуальное.

Например, в предложении «И пока я танцую, спорю, кричу «смотри!» – даже понимая, как это глупо, – все живет…» жизнь лирической героини (настоящее абстрактное, повторяющееся: «танцую», «спорю», «кричу») протекает на фоне всеобщей вечной жизни (гномическое живет). Но здесь и проявляется специфика настоящего вневременного в данном тексте: всеобщая жизнь может прекратиться в любой момент, если «Бог выйдет из боулинг-клуба». Жизнь в целом мыслится как конечная, однако продолжаться она может неопределенно долгое время.

В предложении «А на этом стеклянном шарике только Ты мне и светишь, хоть Ты стареющий злой фарцовщик» тоже употреблено гномическое время, которое нужно рассматривать с поправками: если бы не было «мне», то речь, безусловно, шла бы о настоящем постоянном, гномическом, однако местоимение «мне» вводит ограничение, связанное с человеческой жизнью.

Еще одним оттенком значения настоящего времени является настоящее абстрактное, выражающее повторяющееся, обычное, типичное действие, представленное в широком плане настоящего времени. Настоящее абстрактное не связано с моментом речи.
Для настоящего абстрактного времени характерно не конкретное изображение действий, а ряд его повторений, т. е. отстраненность от действий, связанных с моментом речи.

В рассматриваемой миниатюре настоящее абстрактное употребляется чаще других значений настоящего времени (из 38 употреблений – 20 в настоящем абстрактном времени).

Используя настоящее неактуальное абстрактное время, автор выражает повторяющиеся, обычные действия. Широкий план настоящего времени не связан с моментом речи. Время расширенное; при этом некоторые из названных действий свойственны не только лирической героине, а многим людям, живущим параллельно в этот период времени. Так, при помощи глаголов в форме настоящего абстрактного времени описана повседневная действительность, окружающая лирическую героиню: «Залегла в самом отвратительном грязном рву и живу в нем, и тщусь придумать ему эпитет…»; «…потому что я бьюсь башкой, а потом реву, что мне больно и все кругом меня ненавидят».

Создается ощущение длительности настоящего повторяющегося, но уже не за счет самих глаголов, а за счет временны́х наречий: потом, слишком поздно, уже.

«Ты не хочешь со мной водиться не потому, что обижен, а потому, что я просто дура». Во второй строке тоже расширенное настоящее: эти отношения с Богом уже сложились к моменту речи: «Потому что я сею муку, печаль, вражду, слишком поздно это осознавая. Потому что я мало делаю, много жду, нетрудолюбива как таковая; громко плачусь, что не наследую капитал, на людей с деньгами смотрю сердито…».

Глаголы «играешь», «катишь», «устаешь», «сожалеешь», называющие действия Бога в предложениях «Ты играешь в огромный боулинг моим мирком, стиснув его в своей Всемогущей руце, катишь его орбитой, как снежный ком, чувством влеком, что все там передерутся, грохнет последним страйком игра Твоя», «Потому что Ты от меня уже устаешь. Сожалеешь, что вообще-то меня придумал» носят характер продолжительности, обобщенности. «Устаешь» уже долгое время, действие, однако, пока не привело к какому-либо законченному результату.

«Сожалеет» Бог постоянно, а не единожды. «Играешь» и «катишь» по отношению к Богу должны бы, казалось, выражать чисто гномические, вневременные отношения, однако в контексте миниатюры глаголы относятся непосредственно к восприятию лирической героини, с чьей точки зрения описывается происходящее, и противопоставлены будущему времени («передерутся», «грохнет»), что ограничивает их действие во времени и выводит за рамки гномического, вневременного. Таким образом, можем говорить о явлении переносного значения форм гномического настоящего.

В лирической прозаической миниатюре «Хорошо, говорю» встречаются примеры использования настоящего изобразительного времени: «Потому что Ты мне всего очень много дал, мне давно пора отдавать кредиты, но от этой мысли я ощетиниваюсь, как еж, и трясу кулаком – совсем от Тебя уйду, мол!..».

Глаголы «ощетиниваюсь» и «трясу кулаком» употреблены в форме изобразительного (описательного) неактуального настоящего времени.

Глаголы выполняют художественно-изобразительную функцию, использовано для поэтического описания действий лирической героини, но не соотнесено с моментом речи, носит расширенный характер. В отличие от настоящего абстрактного, настоящее изобразительное теснее, однако не полностью соотнесено с моментом речи. Настоящее изобразительное изображает внешние проявления чувств, героиня как бы смотрит на себя со стороны.

Глагол «играешь» в предложении «Ты играешь в огромный боулинг моим мирком, стиснув его в своей Всемогущей руце, катишь его орбитой, как снежный ком, чувством влеком, что все там передерутся, грохнет последним страйком игра Твоя» также выполняет изобразительную функцию.

Рассмотрим некоторые формы прошедшего и будущего времени и их значения на примере миниатюры «Хорошо, говорю».
Перфектное прошедшее время называет действие, относящееся к прошлому, но имеющее результат в настоящем, что хорошо видно из примера.

«Залегла в самом отвратительном грязном рву и живу в нем, и тщусь придумать ему эпитет». Лирическая героиня «лежит» до сих пор, т. е. действие имеет результат в настоящем.

«Потому что Ты мне всего очень много дал, мне давно пора отдавать кредиты» То, что Бог «дал» многое лирической героине, имеет результатом необходимость для нее возвращать долги.

«Потому что Ты от меня уже устаешь. Сожалеешь, что вообще-то меня придумал». «Выдумка» Бога, бесспорно, имеет последствия: земной шар, которым Он играет в боулинг в контексте данной миниатюры и никак не решит, что же делать дальше.
«Ты же ведь стоишь еще у двери и пока не вышел из боулинг-клуба». Глагол «вышел» с отрицанием указывает на продолжение жизни на земле до того самого момента, пока не «выйдет».

В каждом из этих примеров выраженное глаголом совершенного вида прошедшее время имеет результаты в настоящем или даже продолжается в момент речи.

Аористическое прошедшее время называет действие, произошедшее в прошлом, но не имеющее явного результата в настоящем, однако в произведении «Хорошо, говорю» встречается лишь один глагол в данной форме: «Думал ли Ты когда, что взойдут цветы вот такие из нищих маленьких безотцовщин?». Глаголом несовершенного вида «думал» выражено продолжительное, обобщенное действие, имеющее аористивное значение: раньше Бог думал, а теперь не думает, т. к. видит, что цветы взошли.

Это говорит о том, что почти все действия, описанные в данном тексте, имеют последствия и развитие в настоящем.
Формы будущего простого обычно обозначают конкретное единичное действие в будущем.

Так, в миниатюре «Хорошо, говорю» среди немногочисленных случаев употребления форм будущего времени встречаем именно этот случай: «Думал ли Ты когда, что взойдут цветы вот такие из нищих маленьких безотцовщин?» – действие, начавшееся в прошедшем, принесло результат в настоящем. Будущее выражает уже свершившееся действие. В миниатюре, помимо хронотопа лирической героини, есть хронотоп Бога, т. к. точка отсчета у него другая и будущее для него – это настоящее лирической героини.

На примере данной миниатюры мы рассмотрели лишь несколько существующих оттенков значений форм настоящего, прошедшего и будущего времен, причудливо перекликающихся и сочетающихся в рамках небольшого по объему лироэпического произведения. Несмотря на то, что в современном русском языке глаголы, употребленные в форме изъявительного наклонения, относят лишь к одному из трех времен, мы видим, что разновидности оттенков времен лишь утратили термины, указывающие на разнообразие значений, скрытых за одними и теми же формами.

The nature of time in a lyric prosaic miniature on the example of Vera Polozkova’s work «Well, i say»

Vilkova A.V.,
master of 1 course of the Moscow City University, Moscow

Research supervisor:
Geymbukh Elena Yurevna,
Professor of the Department of Russian Language and Methods of Teaching of Philological Disciplines of the Institute of Humanities of the Moscow City University, Doctor of Philological Sciences, Professor

Annotation. The article considers grammatical categories of time, acting as pictorial-expressive means in the genre of a lyrical prosaic miniature on the example of a poem in the prose «Well, I say» by V. Polozkova.
Keywords: lyrical prosaic miniature, verb time category, direct and portable use of time forms.