Код уникальной десятичной классификации: 82-192

Аннотация. В статье рассмотрены фундаментальные языковые и художественные особенности поэзии исполнителя Хаски, выявленные на основе анализа текстовой составляющей его песен, а также приведены конкретные примеры этих особенностей.

Ключевые слова: язык лирического произведения, языковые особенности, мифопоэтика, художественный образ.

Хаски, он же Дмитрий Кузнецов, является одним из интереснейших и наиболее самобытных с точки зрения поэзии русских музыкантов на сегодняшний день. Его необычный стиль и манера исполнения не так давно стали популярны в широких массах, но практически сразу же завоевали авторитет среди слушателей и деятелей искусства.

При том, что творчество Хаски имеет большой поэтический потенциал уже сегодня, мы пока еще можем считать его открытием относительно недавним. Аудитория артиста с каждым днем пополняется, а к новинкам его творчества относятся с огромным вниманием. При этом ни одной научно-исследовательской работы по поэзии Хаски пока не существует. Всё, чем мы располагаем, – это разного характера и объема журналистские очерки. Совокупность всех этих факторов и определила актуальность и новизну данной работы.
Объект исследования – поэтическая (текстовая) составляющая творчества исполнителя Хаски. Предметом мы видим языковые и художественные особенности поэзии Хаски.

Ключевая цель исследования состоит в выявлении наиболее фундаментальных особенностей лирики Хаски. Стоит оговориться, что работа не предусматривает анализа всех нюансов и аспектов языка песен Хаски, а только тех, которые, по-нашему мнению, важно осветить с целью задания амплитуды для проведения нами дальнейших исследований по этому вопросу.

Одна из характерных черт поэзии Хаски – длинные сложные синтаксические конструкции, переливающиеся через границы строк и строф. В песне «Седьмое октября» исполнитель уместил в четыре строки предложение, распространенное деепричастным оборотом:

Созерцая елейные морды
Клевретов, филейные формы наложниц,
Царь одним мановением гордым
Велел торжество затяжное продолжить [3].

Хаски тщательно работает над фонетической составляющей. Сочетания звуков у него способны не только обозначать метафорически предмет или понятие, но и одновременно выполнять, например, функцию воспроизведения ритмического рисунка: «Не поднимутся стулья-калеки, и изодрана обивка мебели / Иконы плачут о былом великолепии» [3]. Слышится ритм, напоминающий битбокс, где звуки <б>, <п> выполняют роль бочки, а <к> – малого барабана. Данный прием удается за счет интонирования. В этих же строках имеет место необычная рифмовка (обивка мебели – великолепии). В припеве песни «Пуля-дура» мы слышим, как намеренно растягивается звук <р> (дуррра), чтобы вызвать у слушателя ассоциацию с автоматной очередью.

Лексика Хаски – это синтез, в котором жаргонные выражения (кент, мент, братуха) уживаются с сударынями, сударями и с французским Монпарнасом. Лексическая составляющая, как и составляющая образов и метафор, зачастую опирается у Хаски на работу с контрастами. Оттого в его песнях всегда есть скрытые или прямые противопоставления, например «маленькие люди и огромные стихи» в песне «Бит шатает голову». Частыми атрибутами творчества артиста являются междометия, среди которых «Ой» («Иуда»), «Ай» («Ай») и др.
Наряду с другими приемами, в текстах Хаски имеет место ирония, как, например, в песне «Пироман 17»: «Все мы в конечном счете удобрение / Равнодушен к людям был? Поможешь растениям» [3].

Практически в каждой работе Хаски задействованы образ Христа и отсылки на Евангелие («Пуля-дура», «Иуда», «Дурачок», «Бит шатает голову», «Отопление», «Сибирская язва»). Порой лирический герой так или иначе общается с Богом, как в песне «Сибирская язва», где к Хаски является «сухой, сгорбленный старик» и между ними начинается спор:

Бог забыл, что его нет, и явился мне
Сухой, сгорбленный старик, мы с ним
увязли в спорах
Ему стало плохо, его увезли на скорой [3].

В этом споре, в метафорической битве между человеком и Богом, смертный оказывается сильнее Всевышнего. Но уже в начале следующего куплета герой, проснувшись, умывает руки святой водой.

В припеве «Бит шатает голову» герой молит Господа «перед выцветшей иконою». Образ выцветшей иконы может означать в данном случае архаичность веры для современного мира и то, что люди давно отреклись от Бога. Однако герой песни продолжает молиться и верить.

Песня «Человек в интернете» заканчивая строками о жертве Христа за грехи людей и о пустой Вифлеемской звезде. Людей больше некуда вести, они заблудились навсегда:

Вы убили Иисуса Христа
В мутном небе пустая звезда [3].

Данные мотивы в творчестве Хаски носят отнюдь не случайный характер. В интервью 2018 года артист заявил, что его кумир – это «Иисус Христос, который и являлся экстремистом в годы своей жизнедеятельности. Это человек, который говорил абсолютно неудобные вещи не как политик или кто-то еще, а в каком-то другом смысле» [1].

Пейзаж спальных районов, панельные дома и грязные подъезды этих домов – образы, которые нитью тянутся сквозь все творчество Хаски («Я вбиваю бычки в перила», «Моя чёрная поэзия в подъезде у кента»). Можно сказать, что исполнитель пользуется эстетической категорией безобразного, как противопоставляя, так и соотнося эту категорию с прекрасным, что вполне нормативно с точки зрения современных эстетических дискурсов (постфрейдистских, постструктуралистских, постмодернистских). Хаски говорит, что он «выкидыш русской изнанки», тем самым давая себе волю изображать абсолютно бытовую картину русской провинции, спальных районов городов, поселков городского типа.

Такими образами богата песня «Поэма о Родине»: «Бараки-недоростки топорщатся кое-как / Неприветливые как пропойцы на голяках» [3]. В припеве он описывает вид из окна своего дома как серый индустриальный пейзаж небольшого провинциального города: «Моногородок в платье из серого сукна». Речь идет об Улан-Удэ, родном городе исполнителя. Этой обыденностью, обывательской атмосферой пропитана вся лирика Хаски от первых работ до сегодняшнего дня.

В ходе исследования было проанализировано 45 песен Хаски (из которых 41 – сольная работа и 4 гостевых куплета в песнях других исполнителей). Всего на данный момент в открытом доступе у исполнителя насчитывается от 47 до 70 песен.
Текстовая составляющая песен Хаски представляет собой выверенный, наполненный разнообразными стилистическими приемами и художественными средствами образец поэзии. В ходе исследования мы выявили базовые, ключевые особенности лирики Хаски, среди которых:

  • сложные синтаксические конструкции, выходящие за рамки строк и строф;
  • фонетические особенности: ритмика, интонирование;
  • контрасты в лексике и художественных образах;
  • использование междометий;
  • мифопоэтика песен, образ Бога и отсылки к Евангелию;
  • противопоставление и соотношение безобразного с прекрасным;
  • преобладающий образ провинциального города.

Каждая из приведенных особенностей может стать отдельной темой для научной работы. Всё это определяет и задает вектор для дальнейшего анализа и изучения поэтического творчества этого исполнителя.

The langyage of Husky’s songs

Muravlev D.P.,
bachelor 3 courses the Moscow City University, Moscow

Annotation. The musician Husky’s fundamental linguistic and artistic features of poetry are presented in this article which are revealed on the basis of the analysis of his songs’ text part. Specific examples of his songs are also given in this research.
Keywords: the language of poems, linguistic features, mythopoetics, artistic image.