Код уникальной десятичной классификации: 821.161.1.0

Аннотация. В статье анализируется отражение в романе Бориса Акунина «Алмазная колесница» культурных различий России и Японии в сфере традиций и менталитета, а также изображение быта и нравов японцев и отношение к этим нравам наших соотечественников.

 Ключевые слова: менталитет, традиционная культура, Япония, Россия, фандоринский цикл.

Япония – уникальная и неповторимая страна, известная множеством самобытных традиций и обычаев.
На культуру и менталитет японцев большое влияние оказало изолированное территориальное положение страны (на острове), географические и климатические особенности, а также особые природные явления (частые землетрясения и тайфуны), что выразилось в своеобразном отношении японцев к природе как к живому созданию. Умение восхищаться сиюминутной красотой природы как особенность национального характера японца нашло выражение во многих видах искусства.

C XVII и до середины XIX века власти Японии проводили политику сакоку, что буквально переводится как «страна на цепи»: японцам запрещалось покидать родину и даже строить корабли, которые могли бы доплыть до материка. Страна Восходящего солнца была закрыта для иностранцев, не считая Нидерландов и Китая. После отмены политики сакоку открылась богатейшая традиционная культура Японии, которая оказала сильное влияние на последующее развитие европейской живописи, театра, литературы и культуры в целом [4, с. 26].

Русским людям нравы японцев могут показаться необычными, и, наоборот, то, что мы считаем нормальным, у японцев может вызвать раздражение. Одним из примеров различия между нашими странами является приветствие. В России принято при знакомстве или встрече пожимать собеседнику руку, в Японии – кланяться. Поклон выражает уважение к собеседнику, и чем он ниже, тем больше степень уважения.

Кроме того, когда японец хочет обратиться к кому-либо, он должен добавлять к имени аффикс вежливости. Называть человека по имени или по фамилии считается неприличным и грубым. Обращаясь к незнакомому человеку, необходимо добавлять «сан» к имени и фамилии человека, так же стоит обращаться к человеку старшего возраста. При общении с ровесниками или с людьми младшего возраста к имени девочки добавляют аффикс «тян», к имени мальчика – «кун». Также «кун» можно употребить с именем тех взрослых, с которыми вы хорошо знакомы или же являетесь друзьями. При обращении к наставнику либо к старшему по званию следует употреблять «сэмпай», а при обращении непосредственно к учителю – «сэнсэй».

Столовый этикет в Японии тоже отличается от привычного нам. В Японии нельзя начинать трапезу, пока все не сядут за стол, а затем старший произнесет «Иттадакимас», что дословно переводится как «Спасибо за пищу» (аналог русского «Приятного аппетита»). Только после этого можно приниматься за еду. За столом принято громко есть и минимум несколько раз похвалить повара, иначе молчание могут расценить как недовольство кушаньем и компанией.

Япония является одной из немногочисленных стран, где принято разуваться, когда входишь в дом. Гостю обязательно выдают домашнюю обувь, причем для разных комнат предназначены разные тапочки, которые стоят перед дверью. Это правило действует не только в домах, но и в гостиницах и даже в некоторых офисах.

Начиная с романа «Смерть Ахиллеса» (1998) Бориса Акунина все детективы «фандоринского» цикла, так или иначе отсылают читателя к Японии. Однако до романа «Алмазная колесница» (2003) японские мотивы возникают как элементы экзотики, чтобы заинтересовать читателя, жаждущего культурного экскурса. Действие второго тома романа «Алмазная колесница» происходит в Японии, и восточный колорит, проявлявшийся в предыдущих книгах эпизодически, выступает здесь на первый план и позволяет писателю продемонстрировать свое знание Страны восходящего солнца в полной мере. В книге описаны нравы, обычаи, традиции, быт, кухня, одежда и многое другое [3, с. 129].

Рассказы о явлениях и традициях Японии Акунин предпочитает преподносить ненавязчиво, как бы между делом рассказывая устами Фандорина или других персонажей, как то или иное событие выглядело бы в Японии. Так, в «Любовнице смерти» Коломбина, желавшая почтить память члена клуба самоубийц возложением цветов на место его смерти, невольно выслушивает лекцию Масы о чествовании самоубийц на его родине. «Будь счастлив, Аваддон! – мысленно произнесла она и положила букет вниз, на плинтус. Подошел азиат, неодобрительно поцокал языком: – Горубенькие цветотьки нерьзя. Горубенькие – это когда утопирся. А когда повесирся, надо ромаськи. – Тебе, Маса, следовало бы прочесть «Любовникам Смерти» лекцию о чествовании самоубийц, – с серьезным видом заметил Монте-Кристо. – Вот скажи, какого цвета должен быть букет, когда кто-то, к примеру, застрелился? – Красный, – столь же серьезно ответил Маса. – Розотьки ири маки. – А при самоотравлении? Азиат не задумался ни на секунду: – Дзёртые хридзантемы. Есри нет хридзантем, модзьно рютики. – Ну, а если взрезан живот? – Берые цветотьки, потому сьто берый цвет – самый брагородный. И узкоглазый молитвенно сложил короткопалые ладошки, а его приятель одобрительно кивнул» [2, с. 101].

Борис Акунин в своих романах намеренно сталкивает Россию и Японию, показывая, насколько сильно отличаются нравы в этих странах. В одной из глав «Алмазной колесницы» Эраст Фандорин беседует с российским консулом, обсуждая женскую красоту: «У японцев другие понятия о женской красоте. У нас ценят большие глаза, а у них узкие. У нас форма зубов, у них только цвет. Неровность зубов – признак чувственности, считается эротичным. Как и оттопыренность ушей. Ну, а про ноги японских красавиц лучше вообще не говорить. От привычки сидеть на корточках большинство женщин здесь кривоноги и косолапы» [1, с. 246]. Из этого отрывка видно, как сильно отличаются представления русских и японцев о женской красоте.

В конце романа герои вновь возвращаются к вопросу о понимании красоты, а точнее о разных взглядах на нее в Европе и Японии. Японка Мидори говорит, что существуют две разновидности красоты: красота радости и красота печали. Люди Запада предпочитают первую, люди Востока – вторую. Она заявляет, что красота радости недолговечна, словно полет бабочки, а красота печали прочнее камня. О миллионах влюбленных по всему свету, мирно проживающих свою жизнь, никому не известно, так как их жизни скучны и ничем не запоминаются. А о трагичной любви сочиняют пьесы, которые живут столетия.

Глава «Флаг великой державы» в начале второго тома также показывает существенную разницу во взглядах японцев и русских. В игорном притоне началась драка между двумя кланами якудза. Прежде чем зайти в дом, они скинули свои деревянные сандалии, и началась потасовка. Фандорин, прикрыв девушку собой, с восхищением наблюдал за искусным ведением боя. Он с удивлением отметил, что во время драки японцами не было произнесено ни одного бранного слова, они только «крякали и яростно взвизгивали». Когда Горбуна загнали за барную стойку, не давая сбежать, он вытащил револьвер и нацелил его на главаря банды. Тогда Эраст Петрович воскликнул: «Давно бы так… Мог бы сообразить и п-пораньше» [1, с. 221].

Этот пример ярко иллюстрирует, насколько различаются нравы двух стран. Фандорин считает естественным использовать револьвер, чтобы защитить свою жизнь, тогда как японец Сирота недоволен таким поворотом событий. Ведь настоящие якудза не признают пороха. Они убивают только холодным оружием или голыми руками. Для Сироты этот поступок свидетельствует о нравственном падении японцев. Он пытается объяснить Фандорину, что поступок Сэмуси (Горбуна) подлый и недостоин якудза.

После Фандорин возвращается обратно в игорный притон, так как чувствует, что это еще не конец, и оказывается прав. В это время Сэмуси вместе со своими людьми пытают Барсука, единственного выжившего из клана. Тогда Эраст Петрович решает вступиться за него, он запрещает вести самосуд и требует отпустить мужчину. После того как Сирота перевел слова Фандорина, он взял два флажка – японский и российский. Российский флажок поднял высоко-высоко, а японский наклонил. После он объяснил, что это означало: если Горбун убьет Барсука, то ему придется убить и Фандорина, а тогда японскому правительству придется просить прощения у российского императора и это покроет Японию страшным позором.

Этого хватило, чтобы Барсука отпустили, так как они не смели позорить свою страну. Это существенное различие удивляет Эраста Петровича, так как российских бандитов это вряд ли остановило бы.

Отдельного внимания заслуживает стремление автора показать читателю красоту японской поэзии. Японская национальная литература является неотъемлемой частью их культуры, в частности хокку – жанр японской поэтической миниатюры. Искусство написания хокку – это умение в трех строках описать момент реальной жизни. Постмодернистская игра Акунина заключается в том, что он составил содержание первого тома романа по законам эстетики хокку: ками-но-ку – начало, состоящее из пяти слогов, нака-но-ку – середина – из семи слогов, симо-но-ку – конец – из пяти слогов [5, с.158].

Каждая глава второго тома заканчивается японским трехстишием хокку, резюмирующим содержание отрывка. Так, глава «Синяя кость не любит барсука», описывающая игру в кости, заканчивается глубокой философской мыслью о власти фортуны над человеком: «Нет, не ты ее – / Она тебя швыряет, / Игральная кость» [1, с. 204]. Более того, автор устами О-Юми объясняет молодому Фандорину и читателю, в чем именно заключается прелесть недосказанности емких трехстиший: «Как бы тебе объяснить, чтобы ты понял?... Хорошее хокку похоже на силуэт прекрасной женщины или на искусно обнаженную часть ее тела. Контур, деталь волнуют куда больше, чем целое» [1, с. 651].

Роман «Алмазная колесница» необычен тем, что он тщательно продуман и при этом загадочен, в отличие от других книг «фандоринского цикла», где автор все разъясняет, позволяя читателю особо не размышлять. В «Алмазной колеснице» много тайн, которые непосвященному читателю сложно разгадать. Роман подводит итог всей истории Эраста Фандорина, его любви, его приключениям и службе на благо России. Возможно, это сделано потому, что роман «Алмазная колесница» задумывался как последний в «Приключениях Эраста Фандорина». Однако на сегодняшний день известно, что вышло еще шесть книг, и закончился цикл романом «Не прощаюсь», изданным в 2018 году.

Роман Бориса Акунина «Алмазная колесница» соединяет в себе две великие державы: Россию и Японию. Историку-японисту Борису Акунину удалось с превосходной точностью описать быт и нравы Японии и японцев, показать отношение к этим нравам наших соотечественников, позволить нам заглянуть в жизнь героев, прикоснуться к тайне любви и смерти по-японски. После прочтения романа нельзя остаться равнодушным и не заразиться духом Японии.

Russia and Japan in the novel by Boris Akunin «The Diamond Chariot»

E.Y. Kochetkova,
undergraduate 2 courses The Moscow City University, Moscow

Annotation. The article analyzes the reflection in the novel by Boris Akunin «The Diamond Chariot» of the cultural differences of Russia and Japan in the sphere of traditions and mentality, as well as an image of the life and customs of the Japanese and the attitude of our compatriots to these customs.
Keywords: mentality, traditional culture, Japan, Russia, Fandorin series.