Научный руководитель: Вашкявичус Валентина Юрьевна доцент кафедры китайского языка Института иностранного языка ГАОУ ВО МГПУ, кандидат филологических наук, доцент
Код уникальной десятичной классификации: 281.5

Аннотация. В статье рассматриваются основные проблемы, которые не позволяют эффективно развивать православие на территории Китая; описана нормативно-правовая база, регулирующая религиозную деятельность в стране; освещаются перспективы православия в КНР.

Ключевые слова: КНР, Китай, религиозная деятельность, православие, КАПЦ, религия, церковь

Со смертью в середине 60-х гг. и Василия (Шуана), и Симеона (Ду) Китайская автономная православная церковь лишилась своих архиереев. Начавшийся вскоре в Китае период «культурной революции», когда почти все православные храмы были разрушены или утрачены, большая часть национального клира погибла, а православная паства стремительно сокращалась, обусловил фактическое «исчезновение» православия на территории Китая.

Ситуация начала постепенно изменяться в 80 – 90 гг. с введением в КНР курса реформ и открытости. Становилось возможным ведение религиозной жизни и осуществление религиозной деятельности в определенной форме. Стали возрождаться религиозные организации. При этом необходимо сразу отметить, что правительство КНР постепенно и понемногу «отпускает вожжи» своего контроля в этой сфере. Несмотря на это, в условиях равенства всех религий, следования принципам свободы вероисповедания, руководство страны не теряет почти тотальный контроль в данной области. И такую политику можно считать оправданной. В настолько огромном по численности и разнообразном по составу (культурному, этническому, религиозному, национальному) государстве необходимо принимать все возможные меры по сохранению стабильности в стране, действовать на упреждение. Более того, влияние КНР на мировой арене растет с каждым днем, что, безусловно, не может не влиять на воздействие других стран на Китай. Это воздействие не может не затрагивать культурную и идеологическую сферы. В связи с этим, в последнее время власти КНР принимают довольно серьезные нормативные документы, ограничивающие религиозную деятельность людей, не являющихся гражданами Китая. Остановимся более подробнее на некоторых аспектах законоположений и нормативных актов КНР, касающихся активности иностранных религиозных организаций в Китае, поскольку именно они определяют особенности существования православия на территории КНР на данном этапе.

Высшим правительственным ведомством, осуществляющим административное руководство и контроль в рассматриваемой области, является Государственное управление по делам религий – орган непосредственного подчинения Госсовета КНР [1].

Оно осуществляет свою деятельность через местные административные органы различных уровней. Основными функциями Управления является проведение научных исследований религиозных учений, мониторинг ситуации в стране, изучение и анализ событий и явлений в религиозной сфере, разработка общего правительственного курса в данном направлении; подготовка законопроектов по делам религий, разработка и реализация нормативов и конкретных практических мероприятий, надзор и контроль за исполнением соответствующих законоположений; контроль за учреждением религиозных организаций, содействие их развитию и деятельности в соответствии с законодательством, в интересах государства в целом и непосредственно верующих; руководство деятельностью местных органов, ответственных за работу с религиозными организациями, предотвращение и противодействие возможным нарушениям в данной сфере, препятствование возможному проникновению иностранного влияния через религию и религиозные организации и т.д. А также, что особенно важно в данном контексте, – осуществление всей административной работы по сотрудничеству с правительствами, религиозными организациями и деятелями других стран, контроль за деятельностью соответствующих ведомств и религиозных кругов в их связях с зарубежными религиозными организациями, а также поддержка и обеспечение надлежащей работы и контактов в религиозной сфере с другими государствами и территориями вне материковой части Китая (Гонконг, Макао, Тайвань) [2].

Таким образом, именно Государственное управление по делам религий устанавливает те законодательные нормативы и правила, в соответствии с которым осуществляется религиозная жизнь и деятельность в Китае.

Необходимо сказать несколько слов о действующем религиозном законодательстве КНР, поскольку именно оно определяет текущую ситуацию с религиозными течениями и организациями в Китае, в том числе нынешний статус православия и его перспективы.

Законодательство в области религий является достаточно обширным, подразделяется на формальные, общегосударственные постановления и более конкретные местные (на уровне отдельных местностей, районов, крупных городов) нормативные документы. Хотелось бы представить здесь ряд положений китайского законодательства, определяющих формы существования и деятельности религиозных организаций внутри КНР, а также их контакты с религиозными институтами за рубежом.

В качестве примера возьмем некоторые статьи «Положения по практической реализации законодательства по контролю за религиозной деятельностью иностранных граждан на территории КНР», принятого Государственным управлением по делам религий 26.09.2000. В нем, в частности, сказано:

  • Иностранцы имеют право участвовать в религиозной деятельности официально зарегистрированных христианских храмов и церквей.
  • С согласия религиозных общин КНР находящиеся на территории Китая иностранные граждане имеют право пригласить любого китайского священнослужителя для проведения религиозных обрядов и церемоний.
  • Запрещены к ввозу на территорию КНР следующие виды религиозной продукции: печатной, аудио-видео продукции и других предметов религиозного назначения, если их количество превышает личные потребности ввозящего их лица, а также если содержание угрожает национальной безопасности или общественным интересам КНР.
  • Обучение и подготовка граждан Китая как священнослужителей (в КНР и за рубежом) осуществляется в рамках единого государственного плана. Самостоятельно производить набор студентов на территории КНР для обучения их как священнослужителей за границей запрещено. В этом пункте стоит отметить, что китайские православные студенты проходят обучение в российских и американских православных семинариях (в Санкт-Петербурге, Москве, Самаре, Хабаровске).
  • Иностранные граждане не имеют права вмешиваться в деятельность религиозных общин на территории КНР.
  • Иностранные граждане на территории КНР не имеют права учреждать, от чьего-либо имени и в какой-либо форме, религиозные общины, создавать религиозные административные структуры, организовывать места для религиозной деятельности, а также открывать образовательные учреждения религиозного характера или устраивать группы и курсы религиозного обучения и воспитания.
  • Иностранные граждане не имеют право осуществлять на территории Китая следующие виды миссионерской деятельности:
    1. путем назначения религиозных служителей из числа граждан КНР;
    2. путем распространения религиозного учения увеличивать количество своих последователей из числа граждан КНР;
    3. самовольно вести проповедь и проводить службы в местах религиозной деятельности;
    4. без соответствующего разрешения проводить службы, читать проповеди, устраивать религиозные встречи в каких-либо местах, кроме официально зарегистрированных мест для религиозной деятельности;
    5. устраивать какие-либо религиозные мероприятия во временных местах при предполагаемом участии китайских граждан, кроме случаев, когда для руководства этими мероприятиями приглашаются священнослужители – граждане КНР;
    6. производить и реализовывать религиозную печатную, аудио-видео продукцию, электронные издания религиозного характера и иные объекты религиозного назначения;
    7. распространять религиозные пропагандистские материалы;
    8. осуществлять иную миссионерскую деятельность в любой форме.
  • Если какая-либо международная религиозная организация имеет намерение осуществлять религиозную деятельность совместно с китайскими религиозными общинами, учреждениями, отдельными религиозными деятелями, им необходимо обратиться в соответствующее отделение по религиозным делам за получением разрешения [2].

Таким образом очевидно, что существуют определенные объективные препятствия и ограничения для деятельности в сфере проповеди православия в Китае, в частности, для работы Русской православной церкви, в том числе в порядке содействия процессу возрождения Китайской автономной православной церкви.

Характеризуя нынешнюю ситуацию с православием в Китае, необходимо учитывать следующие моменты.

Прежде всего, наличие в Китае православной паствы, имеющейся ныне или потенциальной, поскольку именно этот фактор определяет перспективы и само существование православия в КНР. В виду фактического отсутствия в настоящее время возможности осуществлять непосредственную миссионерскую и проповедническую работу среди местного населения, приходится рассчитывать только на уже существующих лиц, так или иначе относящих себя к исповедующим православие. С другой стороны, можно искать иные, косвенные способы привлечения новых верующих.

В настоящее время численность православных верующих на территории Китая по разным источникам составляет от 10 до 15 тыс. чел. (при этом общее число христиан – около 100 млн.). Расхождения в оценках определяются различными причинами, связанными с очевидной сложностью подсчета, возникающей вследствие неоднородности и недостаточной определенности идентификации представителей населения, которых можно было бы отнести к исповедующим православие. Прежде всего, необходимо отметить, что существует два типа приверженцев православной веры в КНР. Первый тип – граждане бывшего СССР, в том числе не собирающиеся получать китайской гражданство. Второй тип – граждане Китая. Ими могут быть и потомки людей, переселившихся из России или СССР, и дети от смешанных браков между русскими эмигрантами и гражданами КНР. При этом нужно подчеркнуть, что в настоящее время прямых потомков эмигрантов, в силу естественных причин (переселения в другие страны, либо просто в силу возраста) уже практически не осталось, поэтому реально данная категория состоит из так называемых «метисов» различных поколений.

Необходимо принимать во внимание тот факт, что данная группа людей сейчас является одним из официально признанных властями Китая национальных меньшинств и именуется «俄罗斯族» или «俄族» (т.е., «русские»). Это граждане КНР, населяющие некоторые определенные районы страны. Любопытно отметить, что принадлежность этих людей как к русским, так и к православию устанавливается зачастую лишь косвенно и нередко основывается только на собственных заявлениях этих людей или кого-либо из предшествующих поколений о своей самоидентификации как русских, исповедующих православие. В настоящее время местами проживания этого национального меньшинства Китая являются, в основном, Синьцзян-Уйгурский автономный район (СУАР), а также Автономный район Внутренняя Монголия (АРВМ), где, по сравнению с СУАР, количество русских несколько меньше, однако, большая компактность их проживания привела к созданию правительством КНР единственной пока в Китае русской национальной волости Шивэй.

Следует учитывать, что в настоящее время представители этого национального меньшинства уже практически мало чем отличаются как русские от других граждан КНР. Они, как правило, не знают русского языка (кроме, в основном, представителей старшего поколения) и не стремятся его изучать, так как не видят в этом практического смысла. Сохраняются некоторые особенности уклада жизни, а также определенные традиции, так или иначе восходящие к русским корням. В этих условиях фактически единственным реальным средством их национальной самоидентификации как русских становится принадлежность к православию, что, в свою очередь, также связано с рядом объективных проблем.

В настоящее время единственным институтом русского православия в КНР считается Китайская автономная православная церковь (КАПЦ). Как видно из приведенных выше статей китайского законодательства, управление религиозными организациями на территории КНР может осуществляться только из пределов страны. Таким образом, нахождение и функционирование РПЦ и других религий в Китае не представляется возможным (например, Ватикан формально не властен над католичеством в КНР). Существование КАПЦ представляется исключительно формальным, так как она не имеет никакой собственной структуры, иерархии, руководства, персонала священнослужителей и т.д. Можно сказать, что Китайская православная церковь не существует де-факто, потому что она не существует де-юре. В свое время КАПЦ не создала официального учреждения типа «Православной патриотической ассоциации» (как это сделали, например, католики («Патриотическая ассоциация католиков Китая» – 1957 г.), буддисты (Китайское буддийское общество, 1953 г.) и другие религиозные общины), задачей которой было бы взаимодействие с государственными структурами. Таким образом, на государственном уровне отсутствует юридическое признание КАПЦ. Приходы есть только в некоторых регионах, но, опять же, нечеткие и, по большей части, формальные.

Существенной является проблема церковного имущества, поскольку вследствие добровольной передачи архиепископом Виктором (Святиным) в 1956 г. всего недвижимого имущества церкви китайским властям для национализации ныне Китайская православная церковь лишена возможности потребовать возврата этой собственности.

Как известно, практически все православные церкви и храмы на территории Китая в разное время были так или иначе утрачены. В 1990-х гг. была начата деятельность по постепенному восстановлению некоторых храмов.

В то же время начали проводиться службы на территории Посольства РФ в КНР, Пекин. Сначала местом был выбран посольский храм во имя Святителя Иннокентия Иркутского. Теперь же богослужения проводятся в восстановленном в 2009 г. и ныне действующем Успенском храме, имеющем также статус музея. Следует отметить, что православные граждане КНР в виду различных административных ограничений практически не имеют возможности посещать эти службы.

Что касается Шанхая, то там два православных храма объявлены архитектурно-историческими памятниками и взяты под охрану местными властями. Это было сделано из-за отсутствия у местной общины юридического статуса. В одном из них, однако, с 2010 года разрешено проводить богослужения иностранцам, проживающими в Шанхае [3].

Некоторые меры по восстановлению православных храмов были предприняты и в указанных выше районах проживания китайских граждан, относящихся к русскому национальному меньшинству КНР (СУАР и АРВМ). В 1990г. в г. Лабадрин (Эргуна (Аргунь), АРВМ) был построен православный храм. В том же году в Урумчи (Синьцзян) восстановлен Свято-Никольский храм, который, по причине отсутствия священников, остается неосвященным.

Отдельно стоит сказать о ситуации в Харбине – бывшем «русском» городе, имевшем несколько прекрасных храмов. В настоящее время в Харбине формально существуют два православных храма. Прежде всего, это Софийский собор (Храм Софии Премудрости Божией), в 1998 г. отреставрированный местными властями и ныне входящий в список памятников культуры КНР. Сейчас в нем располагается музей, представляющий фотографии с видами «старого» Харбина. Единственным ныне официально действующим православным храмом Харбина является церковь Покрова Святой Богородицы на старом русском кладбище. Службы в нем достаточно регулярно велись до 2000 г., когда были прекращены в связи с кончиной последнего православного священника – китайца иеромонаха Григория Чжу. Формально храм открыт для верующих. Для православных из числа иностранных граждан, проживающих в Харбине, с 2010г. здесь разрешено проводить службы.

Что касается Гонконга, там деятельность РПЦ была возобновлена в 2003 году, когда по благословению московского патриарха Алексия было основано Братство святых апостолов Петра и Павла (до этого приход существовал с 1933 по 1970 гг.). Его задачами являются: духовная поддержка россиян, живущих в Гонконге, взаимодействие с КАПЦ и помощь ей, по мере необходимости. Более того, это единственный православный приход, имеющий официальный канонический и юридический статус. Службы в домовом храме проводятся на трех языках (китайский, английский, церковно-славянский) [3].

Стоить упомянуть и Тайвань. Местная миссия тоже достаточно активная – в Тайбэе в 2013 году был реконструирован храм Христа Спасителя, построенный в 1901г. В Тайбэе, Синьчжу, Тайчунге, Гаосюне проводятся регулярные богослужения, культурные мероприятия приходской общины. Более того, в Тайчунге ежемесячно организовываются занятия воскресной школы для детей [4].

Основной проблемой КАПЦ в настоящее время является отсутствие национального клира. На территории Китая сейчас фактически нет православных священников – китайцев. По сути, последним реально действовавшим православным священником – китайцем был иерей Григорий Чжу (Шипу) – настоятель Покровского храма Харбина. С его смертью в 2000 г. проведение богослужений прекратилось. В Шанхае лишь двое священнослужителей иногда проводят службы для русских и иностранцев, организованные общиной РПЦ. Однако, учитывая возраст (обоим за 80), их вряд ли можно считать реальными «кадрами» КАПЦ.

Таким образом, в настоящее время КАПЦ не имеет собственного главы (предстоятеля), собственных священнослужителей, а также специальных учебных заведений, где можно было бы готовить национальные кадры служения на территории Китая.

The current situation of the Russian orthodox church in various spheres of life in China (spiritual, cultural, legal)

Malygin A.A.
student of 2 course of the Moscow City University, Moscow

Research supervisor:

Associate Professor, Chinese Language Department, Institute of Foreign Language of the Moscow City University, Ph.D., Associate Professor

Annotation. The article discusses the main problems that do not allow Orthodoxy in China to develop effectively; describes the legal framework that controls religious activity in the country; highlights the prospects of Orthodoxy in China.
Keywords: PRC, China, religious activity, orthodoxy, COC, religion, church