Научный руководитель: Захарова Мария Валентиновна, кандидат филологических наук, доцент кафедры русского языка и методики преподавания филологических дисциплин института гуманитарных наук ГАОУ ВО МГПУ, г. Москва
Код уникальной десятичной классификации: 82-1/29

Аннотация. В статье рассматриваются жанровые особенности утопии и антиутопии, композиционные и идейные различия жанров, анализируется развитие антиутопии с ходом времени, предложена классификация антиутопий на основе изменения идейного содержание произведений данного жанра.

Ключевые слова: жанр, утопия, антиутопия, классификация антиутопии.

В настоящее время антиутопия как отдельный феномен литературы еще не до конца изучена и по причине ее относительного недавнего выделения в отдельный жанр, и по причине полярного отношения к ней литературоведов. Цель работы – попытка разграничения утопии и антиутопии как разных жанров и определение исторических этапов развития антиутопии.

Антиутопия интересует многих критиков и читателей, потому что она описывает близкую к нашим дням реальность, но передает её через призму гипербол, использует гротеск, за счёт некоторых приемов становится понятна направленность сатиры автора, его предупреждение потомкам – предупреждение нам… так читатель без лишних пояснений понимает мысль автора в романе-притче Дж. Оруэлла «Скотный двор». Понятны и смысл аллегорий, и гиперболизированные качества животных, которые постепенно становятся людьми внешне и внутренне. Читатель видит окружающий его реальный мир, но этот мир совершенно изменяется в произведении, что позволяет взглянуть на него с другой, новой, стороны.

Упоминая антиутопию, необходимо сказать и о таком жанре литературы, как утопия. Для того, чтобы обозначить различия этих двух жанров стоит сказать о том, какие определения дают антиутопии и утопии литературоведы. УТО́ПИЯ (от греч. место, которого нет) – художественное произведение, содержащее воображаемую картину будущего общества. Антиутопия (греч. Прист. Anti) – художественное произведение, содержащее описание общества в котором при изначальном стремлении к идеальному существованию для всех обитателей складываются негативные тенденции развития. Безусловно, антиутопия родилась из утопии, стала ее логичным следствием, на это указывает внутреннее сходство утопий и антиутопий. Оба жанра описывают мир, стремящийся к идеальному, счастливому для всех, но в утопии это счастье достигнуто, люди пользуются его плодами, как в произведении Т. Мора, а в антиутопии всеобщее счастье, равенство становятся наказанием для жителей такого государства, потому что их свобода и ценности лишь кажущиеся, что демонстрирует Дж. Оруэлл в романе «1984».

Многие исследователи, в частности Т.А. Каракан [3, с.157], называют одной из причин перехода от утопии к антиутопии разочарование в современности, утрату веры в идеальное государство, понимание того, что это государство нельзя создать в условиях современной реальности. Но можно ли объединять эти жанры или отдать предпочтение лишь одному из них? Исследователь Ю. А. Борисенко говорит о том, что утопия и антиутопия в европейском литературном процессе «не разведены формально и содержательно, но сосуществуют вместе» [1, с. 7]. Это наталкивает на мысль о настолько тесной связи двух жанров, что возникает вопрос, а стоит ли их в таком случае формально разделять? Г. Морсон [5, с.234], отвечая на этот вопрос, утверждает, что антиутопия – это, как и любой антижанр, пародирование исходного жанра, утопии. Он лишь пародирует традиции предшествующего жанра, но не вносит своих характерных черт, по которым можно его явно, формально разделить с утопией и выделить в отдельное литературное новообразование. В качестве примера автор приводит «Записки из подполья» Ф.М. Достоевского как пародирование «Что делать?» Н.Г. Чернышевского. Значит, оба исследователя придерживаются мнения, что антиутопию не стоит выделять в отдельный жанр, по крайней мере в европейской литературной традиции. Но ведь на данный момент как отдельный жанр больше обращают внимание на антиутопию, можем ли мы сказать, что пародия жанра переросла его самого и стала гораздо шире, крупнее исходного образца, приобрела свои индивидуальные черты?

Мы полагаем, что в паре утопия-антиутопия следует изначально выделять отдельным жанром антиутопию, несмотря на ее более позднее появление. Первые классические утопии больше похожи на политические трактаты, в которых авторы высказывают свое мнение по поводу того, как должно функционировать государство. И у Т. Мора, и у Т. Кампанеллы мы не найдем обилия ярких метафор, хлёстких сравнений или лиричности. Современная утопия стала частью фэнтезийного жанра, частью выдуманных миров. Сейчас идеальное государство находится не за океаном, как было у первых утопистов, а является частью другого мира, как происходит в романах Дж.Р. Толкиена. Утопия понемногу растворяется в других жанрах, передавая им свои особенности.

Несмотря на схожесть политических систем схожесть государственного устройства в утопии и антиутопии, последняя имеет свои оригинальные черты, выделяющие ее в отдельный жанр. Одной из таких черт можно назвать отождествление государства с живым организмом, на чем заостряет свое внимание Б. А. Ланин, сравнивая государство с живым организмом, а героя с вирусом, который этот организм разрушает [4, с. 165]. В качестве примера автор статьи называет произведения О. Хаксли и Дж. Оруэлла. Так же можно выделить еще несколько отличительных особенностей данного жанра: героя-антагониста, выделяющуюся личность, острую метафоричность образов и событий, отражение реальности. Каждое из этих особенностей в той или иной мере проявляется в большинстве книг-антиутопий.

Ю.А. Борисенко выделяет основным жанровым признаком антиутопии противостояние мира реального – страшного – и альтернативного – благого. Этот конфликт приводит героя к экзистенциальному выбору. Что мы и наблюдаем в большинстве произведений данного жанра, например, в книгах Замятина, Хаксли. В романе «Мы» особенно ярко проявляется эта противопоставленность миров. Благой мир представляется замечательным, ярким, свободным, счастливым пространством, попасть в которое можно всего лишь выйдя за стену города.

Все эти черты жанрового своеобразия могут претендовать на то, чтобы выделить антиутопию как отдельный жанр, не совпадающий с жанром утопии.

Если же антиутопия – отдельный жанр, то как же она развивалась и о каких литературных явлениях в данном жанре мы можем говорить сегодня? Исследование в данной области осложняется тем, что сам термин был введен только в 1952 г, то есть, рассматривая данный жанр, мы можем говорить о его недолгой истории приблизительно в 60-70 лет, но сравнивая первые антиутопии и современные произведения данного жанра различия нельзя не заметить. В антиутопиях Дж. Оруэлла и Т. Толстой больше различий, чем сходств, но главное, что их объединяет, – это жанр, к которому принадлежат произведения. Очень любопытно как же антиутопия сделала такой значительный рывок за историю своего существования. На первый взгляд можно выделить 4 этапа развития антиутопий.

К первому, значимому периоду в развитии относится роман Е. Замятина «Мы». Этот период начинается и заканчивается одной из основных антиутопий, ставшей ориентиром для многих других авторов и тенденций развития. О своеобразии и исключительности этой книги говорит Г. Морсон, причисляя ее к отдельному подвиду, к дистопии, разоблачающей утопию, что является довольно интересным взглядом при анализе произведения [5, с. 237]. То есть этот роман описывает результат утопии, ведь мир, в котором живет Д-503, стремился ко всеобщему счастью и благополучию для каждого своего гражданина, но вышло совершенно наоборот. К. Замятин показывает, во что превращается утопия в современном мире.

Второй этап – классические антиутопии, к которым относятся романы О. Хаксли «О дивный новый мир», Дж. Оруэлл «1984», «Скотный двор», Р. Брэдбери «451° по Фаренгейту». Эти произведения сейчас считаются основными, образцовыми в данном жанре, так как они содержат в себе ответ классическим утопиям 15 века, где речь идет об идеальном государстве и его гражданах, только антиутопия рассматривает негативные последствия такого существования. Миры, описанные в данных романах, по своей сути уже практически идеальны, но это стремление к идеальному на деле оказывается просто тотальным контролем, подавляющим личность, ее желания и стремления. Все это мы наблюдаем во всех романах второго этапа развития антиутопий.

Следующий этап – философско-психологические утопии. Тут антиутопия перерастает тему государства и обращается к людям этого государства, как отдельным существам, а не винтикам общего механизма. В этих произведениях широко и полно анализируется личность в рамках утопической системы. К этому периоду относятся романы Р. Брэдбери «451° по Фаренгейту», У. Голдинг «Повелитель мух» Э. Берджесс «Заводной апельсин», К. Воннегут «Бойня №5», А. и Б. Стругацкие). В романе «Повелитель мух» автор не столько времени уделяет тому, как и почему мальчики делили свои обязанности, как они обустроили свой быт, сколько рассматривает психологические изменения отдельных героев, которые стремятся к власти, гармонии, насилию или равенству. Именно то, что происходит с самими героями под воздействием их психических особенностей и придаёт роману новые интересные грани.

Сейчас антиутопии переживают новый период своего развития. И в этом периоде можно выделить две подгруппы: одна – молодежная антиутопия, куда входят произведения Л. Оливер, В. Рот. Эти книги освещают проблемы подростков в рамках определенного социума, а потому пользуются популярностью у данной возрастной категории. Другой подгруппой являются произведения, ориентированные на реальность ближайшую, на нашу реальность. В этот раздел относятся антиутопии Т. Толстой, В. Войнович, Д. Глуховского. Авторы уже смотрят на антиутопию иначе, говорят о невозможности возврата в «лучшее прошлое», а герой в некоторых произведениях превращается из антагониста в созерцателя. Ярким подтверждением тезиса можно назвать роман Т. Толстой «Кысь». Главный герой не стремится изменить мир, условия своего существования, он лишь одна из частей этой системы, в которую со временем погружается все больше и теряет настоящие ориентиры.

Антиутопии – один из самых интересных жанров нашего времени, потому что в разных аспектах отражает современную реальность, обличает то, что простому человеку в повседневной жизни часто не заметить. Возможно, это действительно предупреждение нашему времени, взгляд в будущее, которое может нас ожидать за любым политическим, личностным конфликтом, а потому так значимы антиутопии для нашего времени.

Utopia and anti-utopia. Dichotomous development

Bakutina A.V.,
bachelor 2 courses The Moscow City University, Moscow
e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Research supervisor:
Zakharova Maria Valentinovna,
Candidate of Philology, associate professor of Russian and technique of teaching philological disciplines of institute of the humanities of The Moscow City University, Moscow

Annotation. The article discusses the genre features of utopia and anti-utopia, the compositional and ideological differences of genres, analyzes the development of anti-utopia with the passage of time, proposes a classification of dystopias based on changes in the ideological content of works of this genre.
Keywords: genre, utopia, anti-utopia, classification of anti-utopia.